я не слышал больше ни у кого. Можно лишь сожалеть, что наши композиторы так мало пишут для фортепиано и Элисо Вирсаладзе не обрела в такой же степени своего композитора, каким для Рихтера стал Прокофьев.

Лиана Исакадзе — удивительно поэтичная натура. Она обладает способностью опоэтизировать даже чисто виртуозные сочинения. Все в ее исполнении кажется на редкость ясным, гармоничным. Когда я услышал, как она играет Скрипичный концерт Сибелиуса, меня захватило ощущение какого-то необыкновенного парения скрипки над оркестром. Лиане удалось удивительно рельефно воплотить присущие этой музыке романтичность, фантастику, дух легенды, северной саги. Большое творческое удовлетворение получил я в процессе подготовки Лианой Исакадзе премьеры моего Скрипичного концерта.

Известность пришла к Лиане с юных лет, но это не помешало ее всестороннему развитию как скрипачки, как музыканта. Ее скромность, беспредельная любовь к музыке, интерес ко всему новому, талантливому, что появляется из-под пера композитора, — залог дальнейшего расцвета замечательного дарования артистки.

Маквала Касрашвили удачно сочетает оперное и камерное исполнительство. Мне посчастливилось слышать, как она пела произведения самых различных стилей и жанров, и всякий раз я радовался ее необычайно точным «попаданиям» в то, что, условно говоря, можно назвать символом, эстетическим «знаком» данного автора. Маквала обладает редкой красоты голосом. Этим даром обладать нелегко. Мы знаем многих певцов, которые всю жизнь только и делают, что эксплуатируют силу своего голоса или тембровую его окраску. Касрашвили поражает прежде всего широтой палитры — серьезной, эмоциональной. Большим достижением певицы я считаю исполнение сопрановой партии в Четырнадцатой симфонии Д. Шостаковича. Убежден, что Касрашвили подарит всем нам еще много высоких образцов певческого искусства.

Зураб Соткилава находится в расцвете своего дарования. Певец получил отличную школу у Давида Андгуладзе, закрепив ее в Италии под руководством маэстро Барры. Его вокальные возможности поистине безграничны. Наслаждение слушать, как он распевается. Взяв верхнее си-бемоль, Зураб многократно и без

тени напряжения повторяет этот звук, каждый раз по-разному окрашивая его. Филировка у него восхищает так же, как и фразировка. Убежден, что петь он будет долгие годы. В последнее время Соткилава непрестанно растет как художник. В камерных концертах он очень интересно исполнил вместе с Важей Чачавой романсы Рихарда Штрауса и Гуго Вольфа. Мне рассказывали, что в ФРГ во время Дней грузинского искусства, когда в Саарбрюккене прозвучала эта программа, к Зурабу подходили и заговаривали по-немецки, будучи уверены, что артист, столь великолепно поющий романсы немецких композиторов, непременно в совершенстве должен знать их язык. Необыкновенно поет Соткилава народные грузинские песни. Именно он вдохнови меня своим пением на создание цикла «Мегрельские песни», которые исполнил с неподражаемой естественностью. Я бесконечно благодарен Зурабу за исполнение центральной партии — Арзакана в моей опере «Похищение луны».

Я вспомнил здесь о четырех исполнителях, которые занимают ведущие позиции в советском исполнительском искусстве. Живя и работая в Москве, они не порывают тесных творческих связей со своей республикой, с грузинскими исполнителями, концертными организациями. В этом огромный стимул для дальнейшего расцвета грузинской культуры.

Отар Тактакишвили

РОМАНТИК ОТ ЗЕМЛИ

Чувство особой радости возникает всегда, когда встречаешься с великолепным дирижером Джансугом Кахидзе. Радует его самобытный талант, не знающий аналогий. Радует изобилием проявлений.

Дирижер, умеющий проникнуть в глубину интерпретируемого сочинения и с ним же вознестись в бескрайние космические просторы художественного воображения. Умеющий вникнуть в тайну звука, вобравшего в себя смысл, не умещающийся в слово. Умеющий понять психологический настрой композитора, И тоже удивительная непохожесть на то, что как будто бы уже было.

И поет он как-то особенно. Он поет всегда для себя, но поет обо всем сразу.

Он и сам композитор. Композитор — и когда дирижирует, и когда пишет. А пишет хорошо. Красиво. Очень характерно.

Мне посчастливилось творчески соприкоснуться с ним. Моя Третья симфония в его исполнении как бы тоже принадлежала ему. Она звучала по-кахидзевски, она рождалась из его специфического жеста, который не узнать нельзя. Джансуговский!

Диапазон и масштаб личности Джансуга Кахидзе покоряют, как и его человеческое обаяние, любит людей, он любит жизнь.

Авет Тертерян

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

РОМАНТИК ОТ ЗЕМЛИ

Содержание