искусство Майи Плисецкой. В то время, когда теоретические баталии еще были в разгаре, балерина уже убедительно доказывала это своим поразительным искусством. И, вероятно, ярче всего — в работах последнего времени: Кармен, Анна Каренина, образы малеровской «Гибели розы» и тургеневской «Фантазии». Балетмейстер видит во всем этом грандиозное по смелости сочетание и убедительное по естественности применение приемов, казалось бы, всех «немых» искусств: классического и современного танца, хореографического речитатива и пантомимы, мимической игры и пластических движений. Художник, возможно, видит здесь элементы античного стиля и стиля сегодняшнего, искусство буйных красок и нежной акварели, смелый цветовой эксперимент и академические классические построения. А музыкант слышит в искусстве Плисецкой проникновенный мелодизм и вакханалию гармоний и ритмов, неведомые космические звучания и незатейливые мотивы, прозрачные звуки одинокой флейты и до предела насыщенную ткань оркестрового tutti. В этом, безусловно, — подлинное художественное величие Плисецкой, неповторимость и высокая современность ее творчества.

Партии классического репертуара, исполненные балериной, принадлежат к вершинам театрального искусства, но в то же время балерине тесно в них. И Плисецкая не была бы Плисецкой, если бы не вызвала к жизни балетов, придуманных, написанных, поставленных специально для нее. Для нее нужно создавать большую музыку, большую хореографию, большую живопись, создавать большое искусство, подстать ее несравненному таланту.

Мировую славу Плисецкой трудно ощутить и осознать в полной мере тому, кто никогда не покидал пределов нашей страны. Только оказавшись за рубежом, до конца понимаешь, что значит это имя для миллионов почитателей и ценителей прекрасного по всей земле. В Италии вам расскажут о триумфальном выступлении советской примы-балерины в честь форума итальянских коммунистов. В Америке с гордостью покажут бережно хранимый билет на гастрольный спектакль московского ГАБТа, приобретенный задолго до приезда прославленной труппы. Во Франции вы услышите повесть о поистине фанатичном трудолюбии, которое продемонстрировала советская артистка, работая с Морисом Бежаром. В Японии и Англии, Бельгии и Латинской Америке вы встретите людей, потрясенных искусством Плисецкой.

Но, может быть, прежде всего ее надо видеть все-таки в Москве, на сцене Большого театра Союза ССР. Здесь она начинала,— и мы навсегда запомнили вдохновенный полет юной Китри. Здесь она достигла зенита мастерства, раскрывшись и как незаурядная драматическая актриса. Здесь мы увидели Плисецкую, узнали и полюбили ее на всю жизнь, а Плисецкая узнала нас — своих зрителей, своих поклонников. Мало кто из художников наделен судьбой столь счастливой. Недаром же сказал поэт: «В ее имени слышится плеск аплодисментов…»

А. Сологус

УНИКАЛЬНОЕ ПЕВЧЕСКОЕ ДАРОВАНИЕ

Природа наградила Владимира Атлантова огромным вокальным дарованием. Его голос — тенор, удивительно красивого- «бронзового» тембра, покоряющий феноменальной силой звучания (немного найдется в мире певцов, способных с ним в этом сравниться). Тенор с густыми баритонально-бархатными низами и ослепительно яркими верхами, очаровывающий восхитительным piano, а через мгновенье неудержимо взлетающий над forte оркестра. При этом его пение всегда насыщено большим внутренним чувством, темпераментом, страстной увлеченностью. Вместе с тем подобное сочетание таких, казалось бы, редко соединяемых качеств, как нежность и огромная сила, вносит некоторые трудности в определение певческого амплуа Атлантова. В многочисленных зарубежных рецензиях его голос называют и лирико-драматическим и героическим. Однако параллели с алмазной твердости голосом Марио дель Монако, столь частые в зарубежной прессе, нам кажутся необоснованными. Если искать исторические аналоги, то более подходит голос Энрико Карузо с его темной сконцентрированной серединой, глубокими низами и богатейшими модуляционными возможностями. Естественно, речь идет о попытке подобрать аналогию в определении типа голоса, а не о тембральной схожести, и всего лишь о попытке, так как голос Атлантова неповторим — это явный природный феномен.

Общеизвестно, что большие голоса достаточно трудно поддаются обработке, и В. Атлантову пришлось приложить немало усилий для полного овладения своим голосовым аппаратом. Значительную помощь ему в этом оказала стажировка в прославленном миланском La Scala, но даже в первые годы работы в Большом театре этот процесс не был закончен, и певец упорно продолжал искать свой голос. Постепенно обретались пластика звуковедения, красота распева, уверенность в верхних нотах.

Природа и в другом щедра к Атлантову: к роскошному голосу она добавила высокую музыкальность, хорошие внешние данные, взрывчатый темперамент. Все это позволяет певцу создавать яркие сценические образы. Но главную роль при этом, безусловно, играет его исключительный голос, его уникальное певческое дарование. Можно соглашаться или не соглашаться с его трактовкой той или иной партии, но нельзя не восхищаться тем звуковым великолепием, которое несет в себе его пение. Звучание красивого человеческого голоса само по себе имеет эстетическую ценность. Голос же Атлантова настолько красив и силен, что подчас извергаемая им лавина звука буквально завораживает…

В своем творческом развитии певец достаточно быстро прошел закономерный для «крепкого» тенора путь от лирических партий к драматическим. И сейчас, прочно утвердившись в драматическом репертуаре, он продолжает петь лирические партии, такие, как Ленский, Альфред, реже Владимир Игоревич. Именно здесь певец покоряет мягкостью звучания голоса, необыкновенным владением piano. А черты, присущие драматическому тенору, вносят в трактовку этих партий новые необычные краски.

Так, неожиданно по-новому прозвучала в исполнении Атлантова партия Ленского. Опираясь на традиции исполнения этой партии, заложенные Л. Собиновым и нашедшие свое развитие в творчестве И. Козловского и С. Лемешева, Владимир Атлантов сумел создать, в соответствии со своими вокальными и эмоциональными возможностями, во многом необычное прочтение образа Ленского. Сохраняя за Ленским поэтическую вдохновенность, наивность и нежность, пылкость характера, певец глубже выявляет драматическую тему — крушение не одного только чувства, а всех идеалов. Слушая певца, мы убеждаемся, что поэт-лирик Ленский, с его возвышенной любовью, может быть горячим, страстным и

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

А. Сологус

УНИКАЛЬНОЕ ПЕВЧЕСКОЕ ДАРОВАНИЕ

Содержание