Выпуск № 5 (450) | 1976 - страница 37

ли и вместе с тем чтобы их не было»). Можно только пожалеть, что работа коллектива, — а в нем принимали участие такие мастера, как Н. Голованов, С. Самосуд. А. Орлов, Л. Савранский, М. Максакова, Н. Ханаев, А. Батурин, как тогда начинающие, а впоследствии известные артисты И. Петров, Т. Талахадзе, П. Чекин, — прекратилась и многие планы его руководителя остались неосуществленными.

Творчество Козловского на оперной сцене — это своеобразный неписанный, но «слышимый и зримый» трактат о реалистической оперной эстетике. Хочется привести слова артиста из интервью, опубликованного в «Правде» 24 марта 1975 года, где отчетливо выражено его оперное кредо, которому Козловский неизменно следует на протяжении всего своего артистического пути:

«Опера — жанр условный; в музыке, в пении, и прежде всего в пении (здесь и далее разр. моя. — П. П.) она выражает то, что волнует современного человека… У драматического и музыкального театра разные выразительные средства. Когда об этом забывают, оперная постановка, как правило, терпит неудачу…

Конечно, призвание художника, в том числе и того, кто работает в жанре оперы, — это выразить прежде всего дух своего времени. И те, кто чутко ощущают пульс эпохи, естественно, не могут не искать новых форм, не дерзать, не делать открытий. Без этого невозможна жизнь в искусстве. Важно только не принижать, не огрублять условную, поэтическую природу жанра поверхностным бытовым правдоподобием, примитивным пониманием того, что на сцене современно…

Я верю в будущее советской оперы. В то, что появятся новые спектакли, поставленные смело, талантливо, но с обязательным соблюдением одного правила: опере — оперное!»

Есть артисты, полагающие цель своего искусства в успехе у публики и преуспевающие в этом. Любя не искусство, а себя в нем, такие артисты видят в адресованных им аплодисментах подтверждение известного тезиса реалистической эстетики о том, что искусство должно служить людям. Мы вправе внутренне отказать им в высоком звании артиста. Настоящий артист служит искусству и искусством возвышает и увлекает людей к благородным идеалам, открывая им непреходящие нравственные ценности. О таком артисте (в широком смысле слова) хорошо сказал Гёте: «Так же как и педагог не должен считаться с мгновенными фантазиями детей, врач — с мечтами и капризами пациента, судья — со страстями тяжущихся сторон, так и настоящий художник видит цель своего творчества не в том, чтобы нравиться. Он, так же как педагог, врач и судья, хорошо… относится к тем, для кого работает, но он еще лучше относится к себе самому, к идее, витающей перед ним, к той далекой цели, которую он себе поставил, и предпочтет увлечь к ней других, пусть даже недовольных, а не располагаться вместе с ними на привал на полпути».

Именно к таким художникам принадлежит Козловский. Он всегда в поисках, перед ним всегда «следующая цель», к которой он стремится, увлекая своим стремлением других. В этом смысле глубоко реалистическое по самой своей основе искусство Козловского одновременно в высшей степени романтично. И еще: удивительно высокоэтично отношение артиста к своему профессиональному долгу, велико его сознание ответственности за свой вклад в музыкальную культуру.

Козловский по сей день не оставляет оперной и концертной сцены. Он победил годы, и сделал это прежде всего своей страстной любовью к искусству и к жизни. Его неутомимость, трудоспособность, молодость духа вызывают уважение и восхищение. В 1971 году артист трижды выступил в спектакле гастролировавшего в Москве Полтавского музыкально-драматического театра имени Гоголя «Наталка-Полтавка» в роли Петра. В сезоне 1972/73 года исполнил в Большом зале консерватории ряд сцен из «Лоэнгрина». В следующем сезоне, в концерте, который Козловский посвятил памяти своего друга и концертмейстера П. Никитина, он вместе с Г. Писаренко спел развернутые сцены и дуэты из «Ромео и Джульетты» и «Фауста» Гуно. В свои ежегодные концертные программы Козловский постоянно включает множество неизвестных публике сочинений — и старых, и только что созданных. Он регулярно делает новые грамзаписи. Начиная с 1967 года Козловский организует музыкальные программы «Пушкинских дней» на родине поэта, и каждое лето 6 июня голос певца звучит над полянами и холмами Михайловского и Тригорского и под сводами Святогорского монастыря.

Вспоминаются прекрасные слова Л. В. Собинова: «О старости артисты думают меньше всего… Какой океан поэзии, какую массу вдохновения может дать тот, кто не думает о своей старости и потому не скупится на краски, на силы своего дарования». К немногим можно отнести эти слова в такой степени, как к Ивану Семеновичу Козловскому.

Советская музыка на сцене ГАБТа

6 июня 1937 года

Аистенок

(балет)

Композитор Д. Клебанов
Либреттист М. Пинчевский
Балетмейстеры А. Радунский, Н. Попко, Л. Поспехин
Дирижер Ю. Файер
Художники Р Макаров, Т. Дьякова, В. Зимин

В спектакле участвовали: Р. Стручкова, А. Лапаури, Е. Ильющенко, Н. Чорохова, А. Радунский, Н. Попко, В. Левашев.

Постановка выдержала 18 представлений.

В 1948 голу спектакль был возобновлен в той же редакции.

Постановка выдержала 33 представления.

«…Правда и вымысел, быль и небылица мягко сплетаются в этом живом танцевальном представлении, сразу завоевавшем горячие симпатии наших ребят. И это вполне понятно: увлекательный, полусказочный сюжет спектакля наполнен поэзией любви к природе, проникнут объединяющим мотивом здоровой радостной жизни.

Музыку балета написал молодой украинский композитор Д. Л. Клебанов (ученик проф. Богатырева по Харьковской консерватории). С творчеством этого композитора в Москве мы знакомимся сейчас впервые. Несомненно, Клебанов — способный музыкант, хорошо чувствующий сцену, театр, пластику движений.

Достоинства музыки Клебанова — “дансантность”… и мастерское владение красочной палитрой оркестровки.

…В целом спектакль балетного техникума Большого театра смотрится с неослабевающим интересом и горячо воспринимается зрителями — и не только детьми, но и взрослыми.

Нужно надеяться, что этот серьезный творческий опыт послужит хорошим началом для систематической работы над созданием новых, ярких, многообразных по сюжетам балетов для детей нашей прекрасной страны».

Георгий Хубов

«Советская музыка», 1937, № 7

«…Сейчас “Аистенок” идет в обновленном виде. …Изменены некоторые сцены и танцы, введены новые персонажи, почти полностью обновлен состав солистов. За дирижерским пультом, как и одиннадцать лет назад, — Ю. Файер. Он все с той же проникновенной чуткостью ведет оркестр.

Прежде всего с честью выдержала испытание временем музыка Д. Клебанова. Она так изящна, жизнерадостна и доходчива, что нравится, как и прежде, всем зрителям — взрослым и детям. Композитору особенно удались остроумные музыкальные характеристики птиц, зверей и животных.

В партитуру включено несколько вокальных номеров, вероятно, для того, чтобы внести разнообразие, еще более оживить балет и помочь детям лучше воспринять спектакль…

Танцы в “Аистенке” разнообразны и хорошо поставлены. Тщательно сделан каждый самый маленький хореографический эпизод. Изобретательно придуманы характеристики зверей, роли которых исполняются с искренним увлечением и юмором.

Р. Стручкова уверенно ведет центральную партию пионерки Оли. Артистка грациозно, легко и свободно преодолевает технические трудности, довольно значительные в дуэтных танцах…»

О. Позднева

«Вечерняя Москва», 1948, 11 декабря

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Советская музыка на сцене ГАБТа

Аистенок

Георгий Хубов

О. Позднева

Содержание