Выпуск № 3 (448) | 1976 - страница 23

Выдающейся исполнительницей роли Графини в послереволюционные годы заслуженно считалась К. Антарова, уже опытная артист*ка, ранее работавшая над этой ролью с А. Крутиковой и Б. Корсовым. Но по существу она создала подлинно зловещий, роковой образ «старухи» после занятий с К. С. Станиславским и 3. С. Соколовой — его сестрой и помощницей в студии. «Характерные особенности быта, обстановки, окружающей Графиню, стали для меня столь же необходимыми и конкретными, как и ее движения, походка, жесты, — писала Кора Евгеньевна. — Константин Сергеевич научил меня раскрывать всю линию жизни человеческого тела (то есть логическую последовательность внешних физических действий), которая развивалась параллельно с линией внутренней жизни образа... Я нашла в своем сердце ритм пульса Графини — то волочащей в изнеможении ноги, то храбрящейся, старающейся выпрямить свой согнутый стан...» 14 . Когда Графиня — Антарова появлялась в первой картине с трясущейся головой в крупных седых буклях, особенно подчеркивавших старое морщинистое лицо бывшей «Венеры Московской», в старинных фижмах, укрупнявших ее фигуру, тяжело опирающуюся на палку, в ней действительно было нечто такое, что могло потрясти уже расстроенное воображение Германа, представиться ему знамением злой судьбы, смерти... После Антаровой лучшей Графиней была Ф. Петрова, очень музыкальная, культурная певица. Ее чуть глуховатый, но довольно сильный, низкий голос, властные интонации, точное произношение французского текста в мелодии Гретри 15 , тяжелая, крупная, хотя и согнутая фигура производили очень сильное впечатление, и сцена в спальне по праву являлась первой трагической вершиной спектакля. В постановочном отношении новый спектакль был значительно реалистичнее, чем старый, осуществленный И. Лапицким в 1928 году. Тогда режиссер, охочий до экспериментов, перенес сюжет оперы Чайковского в мир «сна и грез, где есть свои условия логики и реальности» 16 . Действие оперы мыслилось Лапицким как болезненная галлюцинация Германа, отчего сместились все смысловые акценты и получился «клубок логических неувязок». «Весь окружающий мир становится фантастическим, ирреальным и низводится до служебно-предметной роли», — указывал ре

14 Там же, с. 235. 15 Как известно, Графиня напевает арию из оперы «Ричард Львиное Сердце». “ «Современный театр», 1327, № 15.

цензент. Естественно, что подобный замысел противоречил музыке, поэтому партитура и сценические ситуации ощущались как «противоборствующие стихии». Стерся контраст между героем и средой, не было ощутимо развитие психологической травмы Германа. Пострадали и другие персонажи, приобретшие «странные контуры». Как замечает критик, Томский напоминал Мефистофеля, Сурин и Чекалинский воспринимались как подручные самого Люцифера, грубо шаржирован был образ гувернантки. Разделение сценического действия на ряд мелких эпизодов рвало столь целостную драматургию Чайковского. Это тем более было досадно, что оркестр прекрасно звучал, управляемый опытной рукой В. Сука, что превосходны были все певцы, в том числе Н. Озеров — Герман, В. Политковский — Томский. Приятно выделился, как отмечал журнал, молодой Норцов, Держинская — Лиза «нашла новые краски для еще более тонкой художественно-вокальной обрисовки своей героини».

К. Держинская — Лиза («Пиковая дама»)

Постановка 1931 года возвращала все на свои места. И уже это было достижением. Но особенно хороши были декорации В. Дмитриева. До сих пор ни один постановщик этой оперы в Большом театре не решается дать новый образ знаменитой «Сцены у Канавки». В. Дмитриев и Н. Смолич перенесли место действия этой сцены на Дворцовую набережную, создав запоминающуюся картину. Занавес открывает великолепную перспективу уходящих вдаль дворцов; слева — угол моста с львом на гранитном возвышении и теряющаяся вдалеке балюстрада набережной... Темноту зимней ночи прорезают лишь тусклые огни редких фонарей и столь же смутный свет дворцовых окон. С противоположного берега через завесу падающего снега просматривается темный силуэт собора Петропавловской крепости. Здесь, на углу, томительно мечется Лиза в ожидании Германа. Эта картина не только эффектна. Она сразу поселяет в зрителе ощущение мрачной, давящей атмосферы Петербурга как символа эпохи, где торжествуют только знатность и богатство и где нет и не может быть счастья для таких людей, как Герман. «Золото» — вот единственный путь для него к осуществлению мечты, к любви... Да, трудно найти иное, но адекватное по выразительности зрительное решение этой картины. И неудивительно, что многие театры повторяют его в том или ином ракурсе в постановках шедевра Чайковского. За этими гениальными созданиями Чайковского следует его «Мазепа» — тоже часто возобновлявшийся в Большом театре 17 . И здесь обстановка спектакля, его оформление слабее исполнительского ансамбля, в котором блистали «звезды» первой величины, такие, как Держинская, Обухова, Головин, Сливинский, Савранский. Об этой постановке вспомнилось не для того, чтобы сколь-нибудь подробно ее описывать. Состав солистов говорит сам за себя. В 30-х годах эта сторона всегда была сильнее прочих. Но данный спектакль дает повод реабилитировать работу Л. Баратова с певцами, в чем его так несправедливо упрекнул критик газеты «Музыка» в связи с «Евгением Онегиным». В архиве В. Сливинского автор этих строк нашла очень интересный в этом смысле документ: рукою Владимира Ричардовича записана детальная, вплоть до каждой фразы, разработка сценического поведения Мазепы в его кабинете (4-я картина). Указаны не только

17 Премьера «Мазепы» состоялась в филиале 14 мая 1934 года. Дирижер Л. Штейнберг, режиссер Л. Баратов, художник С. Иванов. Исполнители: А. Соловьева — Мария, Н. Обухова — Любовь, Д. Головин — Мазепа, Л. Савранский — Кочубей, Б. Евлахов — Андрей, А. Пи

рогов-Окский — Орлик.

мизансцены, но и характер звучания голоса. Лист бумаги разделен пополам сверху вниз, слева под номерами выписаны слова речитатива Мазепы, справа — его действия и оттенки пения. Например, против первой же фразы «Тиха украинская ночь» (№ 1) написано: «М. стоит у балкона и смотрит в сад: он как бы забылся, отдался созерцанию ночи. Звук плавный, безразличный, как бы невольно слетающий с уст погруженного в созерцание природы человека» (разрядка моя. — Е. Г.). Против слов «но страшны мрачные мечты» (№ 3) — заметка «жестко, злобно». Против слов «в душе смущенной» (№ 4) — «падение звука», и так в сорока пунктах размечена вся сцена, включая арию. Здесь масса интереснейших деталей, особенно в моменте, когда Мазепе нужно подписать смертный приговор Кочубею. Перед словами: «Боже, боже! Что будет с ней, когда она услышит слово роковое» Мазепа «подходит к письменному столу и берет бумагу, бегло пробегает ее глазами». Затем: «хочет подписать, но, внезапно вспомнив, что это приговор отцу Марии, останавливается, перо выпадает из рук». Слова «Что будет с ней» произносит «тяжело, представляя себе, какой удар он готовит. Опускается в кресло под гнетом этой страшной мысли. Услышав, что входит Орлик, сразу собирается (преображаясь) в человека непреклонного, повелительного, государственного, ничем не выдавая минувшего настроения перед своим адъютантом. Еле поворачивая голову, скосив глаза, смотрит на Орлика», спрашивая «сухо, мрачно»: «И не открыл нам никого?», «Умрет он завтра» — «берет перо». «Приготовить наутро казнь» — «ставит дату». «Прочь, прочь, палач свирепый» — «резко ударив ладонью по столу, встает. Левой рукой пододвигает Орлику приказ, как бы отодвигая от себя неприятную вещь; во всей фигуре выдержка государственного человека, пока не уходит Орлик. Затем опускается в кресло и погружается в тяжелое раздумье...» В этих заметках есть и более тонкие детали. Вполне возможно, что Сливинский, человек в высшей степени интеллигентный, сам продумал и записал процесс раскрытия образа Мазепы в этой сцене. В 1940 году, готовясь к новой постановке этой оперы Чайковского в Большом театре 18 , певец замечал: «В партии Мазепы я выступал еще в первые годы моей артистической деятельности в московской «Свободной опере» С. И. Зими

18 Эта постановка не была осуществлена из-за начала военных действий. Новая премьера «Мазепы» в постановке Л. Баратова состоялась только 10 июня 1949 года. ,

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание