М. С. Керзина

ставляющие своеобразную летопись «Кружка любителей русской музыки». Сохранилось тринадцать ее записных книжек, исписанных карандашом, мелким почерком. Она никому не показывала их, никому не прочитала из них ни одной строки. О том, что ведется подобный дневник, не было известно даже A. М. Керзину.

Сама Мария Семеновна была превосходной пианисткой, хотя и не получила профессионального образования. Одно время она занималась у В. Мауриной, ученицы Н. Рубинштейна, а позднее брала уроки у B. Сафонова и П. Пабста. Конечно, не сразу Керзина научилась понимать именно русскую музыку. «Воспитанная на Бахе, Бетховене, Шуберте, Шопене, Шумане, я с трудом усваивала русских композиторов и особенно Мусоргского», — пишет она в своих записных книжках. Однако желание быть полезной, сделать что-нибудь важное для людей давно зрело в ее сознании. Нельзя пройти мимо такой ее записи: «Хотелось бы, чтобы было у меня какое-нибудь серьезное дело, полезное и для меня и для других». Встреча с А. М. Керзиным, человеком передовых взглядов и широкой эрудиции, сыграла решающую роль в формировании мировоззрения Марии Семеновны. Большое влияние на нее оказал также С. Кругликов, о котором она пишет: «Не обладая настоящим большим голосом и только напевая романсы и оперы, он сумел так передать мне все мельчайшие оттенки, что они никогда не забудутся. Особенно хорошо воспринимала я все это потому, что чувствовала, как он любит все то, что показывал мне. И так мы все больше и больше увлекались произведениями русских композиторов: Балакирева, Бородина, Мусоргского, Кюи, Римского-Корсакова и других. Так изучали мы русскую музыку в течение пяти лет».

Записи Керзиной раскрывают перед нами облик человека большой душевной чистоты и нравственной силы. Они дают возможность современному читателю почувствовать ту атмосферу споров о русской музыке, о путях ее развития, о русском исполнительстве, которая была характерна для рубежа нового века. И хотя оценки М. С. Керзиной подчас чрезмерно субъективны, они несомненно представляют интерес и сегодня, когда спор продолжается уже на новом уровне. Ибо правильное понимание современности невозможно без знания истории.

В настоящее время «Запистые книжки» М. С. Керзиной, выдержки из которых публикуются впервые, хранятся в Государственном Центральном музее музыкальной культуры имени М. И. Глинки (ф. 286, №№ 130, 131, 261–271).

За ценные советы при подготовке данной публикации приношу благодарность В. А. Вахромееву, М. А. Керзину, а также научным сотрудникам ГЦММК Е. Н. Рудаковой и И. А. Кедровой.

Н. Соколов

Из «Записных книжек» М. С. Керзиной

1897 год, 24 октября

<...> Вчера состоялся наш первый вечер в этом сезоне и прошел, говорят, очень удачно: наибольший успех имели Збруева¹ и Кудряшов². Ко мне они все (артисты) отнеслись очень тепле и меня... тронуло их внимание. Збруева влетела прямо ко мне, расцеловала меня и заявила, что в другой раз, если я буду больна, она петь не станет, потому что так она цели не понимает, кто же ей скажет как и что прошло. Розенов³ говорил, что без меня было как-то нескладно и пусто и многие другие говорили многое и все пили за мое выздоровление.

1897 год, 12 ноября

Наконец-то сегодня идет «Хованщина»⁴, и я очень рада, что Арк[адий] Мих[айлович] в Москве и услышит эту оперу.

1898 год, 18 февраля

Из внешних событий в нашей жизни заслуживает внимания следующее: 15 февраля в день закрытия Частной оперы перед постом Мамонтову был поднесен от нас адрес и он был этим очень тронут, только я одним не была довольна: адрес был поднесен от «Кружка любителей русской музыки». Причем тут «Кружок»? Почему не поднести просто от любителей русской музыки?

1898 год, 5 марта

...28 февраля был наш концерт, а перед ним очень многочисленная и нервная репетиция 25-го. Орлов⁵ ввиду каких-то личных счетов с Салиной⁶ не стал с ней репетировать дуэт полным голосом, а я резко заявила ему, что в таких случаях не допущу исполнения в концерте этого дуэта, на что он и Розенов на меня надулись, а остальные 15 человек были за меня. Я в этот вечер, по мнению всех (да и сама это чувствовала), была очень энергична и возбуждена: и дело само по себе меня интересует, да и приятно стоять во главе какого-нибудь дела — всех взвинчивать, возбуждать, будоражить, тащить вперед; и когда видишь, что что-то из всего этого получается, то становится совсем хорошо. На последнем вечере слышу я такой разговор: Собинов⁷ говорит Синицыной⁸ (только что вошедшей): «У нас та же консерватория... кому я обязан всеми теми успехами, какие я сделал в пении, и своим репертуаром, как не нашему музыкальному кружку», и вообще, очень восторженно отзывался и о «Кружке», и о моей обязательности, и все это он говорил, не зная, что я его слышу.

Оленин⁹ просил меня заниматься с ним и учить его фразировать. Синицына просила не стесняться и делать ей замечания. Салина говорила, что Розенов не смеет ей делать указания и замечания и что это могу делать только я. Положим, много тут и лести, но несомненно во всем этом есть что-то и хорошее, я это чувствую, да и вижу: Синицына, напр[имер], через день после концерта уже едет ко мне выбирать вещи к следующему и очень серьезно и внимательно занимается со мной часа два.

<...> Ах, да! Досталось от меня 25-го и Розенову и Курбатову¹⁰, когда они мне заявили, что они очень утомлены и что у нас очень затягиваются репетиции; я им на это заявила, что со мной только что были всякие боли и обморок и еще держусь на ногах, я все же думаю прежде всего о том, как бы мне концерт сладить, а потом от усталости, может быть, и всю ночь глаз не сомкну и не жалею об этом, лишь бы не пострадало дело, а они, если хотят, пусть тут спят, но о каком тогда деле с ними может быть речь!?<...>

1899 год, 31 мая

Вчера мы играли 2-й квартет Бородина, какой там дивный ноктюрн, это настоящая поэма любви, и мы хорошо его сыграли. Мне очень нравятся оба квартета Бородина.

1899 год, 18 декабря

<...> В Москву приехал Кюи на первое представление своего «Кавказского пленника»¹¹ в Частной опере, очень интересуется нашим «Кружком» и просит Кругликова узнать, когда будет наш концерт, так как он поставит в зависимости от этого свои ответы на всякие приглашения.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

М. С. Керзина

Н. Соколов

Из «Записных книжек» М. С. Керзиной

Содержание