именно из такого рода сочинений, например «Тропинка» Ю. Чичкова на слова Л. Васильевой — чудесный хор без сопровождения, изобилующий хроматизмами и неожиданными тональными сопоставлениями, причем в довольно быстром темпе. Но все это нисколько не смущало юных концертантов. Ни одной неточной интонации, ни одного ущербного по строю аккорда! Броско, весело, крепко! Или хор a cappella В. Артемова «Как весной в лесу» на слова С. Викторова — также довольно изысканный по музыкальному языку, прозвучавший очень красочно, уверенно, с подкупающей непосредственностью.

Заключал первое отделение пятичастный хоровой цикл а cappella Т. Корганова «Я со звездами рядом» (на стихи Э. Мошковской). Написанный несколько лет тому назад, он привел в недоумение своими интонационно-гармоническими «дерзостями» не одного специалиста: исполнимо ли это вообще детскими коллективами? Опыт показал, что локтевскому ансамблю сочинение оказалось доступным — как и пионерская кантата А. Пярта «Наш сад». Ребята очень скоро сориентировались в новых «стилистических условиях». Скажем, цикл Корганова они поют не только постоянно и с большим интересом, но даже записали его на грампластинку! Светло, приподнято, с рельефным сопоставлением контрастных частей прозвучал он и в рецензируемом концерте.

Несколько менее удалась на этот раз лишь самая масштабная, пятая, часть («Я маму обидел») — не все здесь было достаточно выразительно, не все гармонические трудности остались для слушателя незаметными, несколько раз промелькнули погрешности в строе.

Во втором отделении особое внимание привлекло исполнение Четырех русских подблюдных песен без сопровождения И. Стравинского (кстати, кто, где, когда у нас их пел?). Они необычайно сложны для интонирования. В них и «бесцеремонная» линеарность, образующая чуть ли не в каждом такте секундо-септимовые сцепления, и весьма изощренная метроритмика, и ладотональная зыбкость, то есть все то, что так рискованно для хорового письма вообще. И даже опытных певцов выручает здесь лишь цепкое, какое-то «цельнометаллическое» голосоведение, спаявшее всю ткань. Что же наши юные интерпретаторы? Дрогнули? Нимало! Они не только с честью вышли из этого трудного испытания, но еще и умудрились придать своему звуковедению народный характер!

Умение ребят в случае надобности пользоваться каким-то особо плотным звуком в стиле русского народного исполнительства (но, разумеется, без переключения на грудной регистр, без форсировки) сказалось и в других произведениях — песнях «Голубь-голубчик» (протяжная), «Голубь сизенький» (подвижно-игровая).

Отличная дикционная четкость со всем блеском проявилась в русской песне «Веники» (обработка Ф. Рубцова), построенной на скороговорке в бешеном темпе, а также в шуточной болгарской песне «Посадил полынь».

Из пьес с сопровождением прежде всего запомнились своей поэтичной и возвышенной трактовкой Шесть хоров С. Рахманинова на стихи русских поэтов; «Черемуха душистая» Р. Бойко (на слова С. Есенина) потребовала от юных музыкантов широкого дыхания, позволяющего добиться кантиленного звука.

В концерте прозвучали также «Гимн Родине» А. Новикова на слова М. Вершинина, «Ленин и весна» Р. Бойко на слова Е. Карасева.

Отличное впечатление произвела хоровая юмореска В. Мурадели «Девчонка везла на возу» на текст В. Викторова и распевная, задушевная «Песня о криницах» А. Эшпая на стихи Б. Карпенко.

В заключение — некоторые выводы. Хор развивается по правильному пути, воспитывая своих участников прежде всего как слушательскую аудиторию с широким диапазоном и отличным вкусом. В коллективе культивируют исконно русские традиции хорового пения без сопровождения, стараясь при этом соблюдать высокие профессиональные требования к исполнительству. Практически выступление ансамбля демонстрирует, до каких ярких вершин может подняться наша самодеятельность.

Все это, конечно, осуществимо только при умелом руководстве (ведь никакими привилегиями ансамбль не пользуется: обычные двухразовые занятия в неделю, обычный состав участников, каждый день посещающих общеобразовательные школы). И здесь без чувства большой благодарности и восхищения нельзя не назвать имя В. Попова — руководителя хора, отличного, мыслящего музыканта, талантливого дирижера и энергичного организатора; его помощников — хормейстера В. Тевлину, руководителя вокальной группы О. Бирюкову, концертмейстера К. Алемасову, педагога-организатора Л. Нежданову.

Такому чудесному коллективу — жить и творить!

А. Ленский

Хор-пропагандист

Есть среди академических профессиональных хоров нашей страны один, который, проводя ежедневную титаническую работу, исполняя массу новых сочинений, скромно держится как-то в тени и уж, во всяком случае, вне поля зрения нашей критики. Наверное, все просто привыкли к тому, что обширный репертуар и отличное качество звучания — обязательные условия его деятельности.

Коллектив этот — Большой хор Всесоюзного радио и телевидения, который в текущем году отмечает свое сорокалетие.

Поначалу он возник как вокальный ансамбль из двенадцати человек (по три человека каждой партии), организованный А. Свешниковым. Под его руководством было исполнено свыше тысячи произведений. Среди них сложнейшие хоры Баха, Генделя, Глюка, Гайдна, Танеева, Римского-Корсакова, Мусоргского, Чайковского, множество сочинений советских композиторов. В 1936 году во главе хора стал И. Кувыкин, а в 1950-м — К. Птица.

К. Птица

Сегодня хор насчитывает около ста человек и обладает практически неограниченным репертуаром — от массовых песен до опер, кантат и ораторий. Надо сказать, что специфика радио предъявляет к нему нелегкие требования постоянного обновления программ и, естественно, предельной «оперативности» в освоении их, наконец, огромной ответственности перед миллионами слушателей за каждый звук, пошедший в эфир. Хор пропагандирует малоизвестную и редко исполняемую классическую и современную музыку. Благодаря этому мы смогли услышать «Бал-маскарад» Верди, «Нюрнбергских мейстерзингеров» Вагнера, «Сирены» Дебюсси. «Ромео и Джульетту» и «Реквием» Берлиоза, «Кармина Бурана» К. Орфа, «Весеннюю симфонию» Б. Бриттена, «Царя Эдипа» И. Стравинского, «Семеро их» С. Прокофьева, «Кантату профана» Б. Бартока... Каждое выступление коллектива превращается в событие концертной жизни столицы.

Вот и 1 апреля в Большом зале консерватории слушателям была предложена очень интересная программа — «Те deum» А. Брукнера, Вариации на тему хорала Баха — Стравинского, кантата Ю. Буцко «Свадебные песни» и «Шоро» № 10 Э. Вила Лобоса.

Великолепно прозвучал «Те deum», написанный на традиционный латинский церковный текст, но по своему характеру имеющий мало общего с католическим культом. Хору удалось раскрыть человечность и глубокую лиричность этой музыки, что стало возможным благодаря превосходному чувству стиля, благородству интонирования и выровненности тембров. Менее удачен был ансамбль солистов. Голос Ю. Елькикова в «Те ergo» звучал слишком резко; Н. Поставничева, Л. Белобрагина и Е. Владимиров недостаточно прониклись духом сочинения и пели несколько формально.

Большой интерес вызвало первое исполнение Вариаций на тему хорала Баха — Стравинского (1956). Баховский оригинал, датированный 1747 годом, написан для органа. Стравинский сохранил его гармонизацию, но ввел оркестр и хор, восстановил литературный текст, в результате чего получился своего рода концерт для хора с оркестром. Несмотря на то, что вокальная партия, как правило, лишь дублирует инструментальную, роль ее достаточно велика и активно способствует вариационному развитию. В самой теме хорала и первой вариации певицы не участвуют. Но уже во второй вариации поют в октаву сопрано, альты и басы, в третьей — сопрано и тенора, в четвертой — альты, тенора (divisi) и басы и лишь в пятой, заключительной — весь хор (тенора и басы в октаву начинают канон, который затем перенимают в ракоходном движении сопрано и альты). Партия хора прозвучала строго, сдержанно, в высшей степени академично. Порадовали отличный ансамбль, превосходное владение piano.

В основу «Свадебных песен» Ю. Буцко положены подлинные народные тексты, заимствованные автором из материалов фольклорных экспедиций в Архангельскую область. По идее, настроению, образному строю они близки «Трем русским песням» С. Рахманинова, «Курским песням» Г. Свиридова. Здесь столь же ярко выражен национальный колорит, запечатлены те же образы женской печали, нелегкой любви, одиночества. Шесть номеров кантаты не скреплены сюжетно, но благодаря единой динамической линии развития и продуманной драматургии контрастов объединяются в цельную, крепко спаянную композицию. Исполнение пленяло простотой, ис-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

А. Ленский

Хор-пропагандист

К. Птица

Содержание