Выпуск № 11 (348) | 1967 - страница 77

панировала и себе, и своим товарищам Пегги, причем в ее руках появлялись по очереди гитара, банджо, маленькая арфа, которую она держала у плеча, концертино и еще какой-то странный, в форме восьмерки инструмент, называющийся «дольсимер» и звучащий наподобие цитры. На всех этих инструментах Пегги играла абсолютно свободно, напоминая и этим своего знаменитого брата.

Нам трудно судить о музыкальной стороне этих песен, но содержание их было чрезвычайно привлекательным. Трогательные старинные баллады сменялись шуточными песенками, эпический музыкальный рассказ — агитационно-политической сатирой. Характерно, что многие песни были созданы самими исполнителями.

Певцы тоже все время сменялись. По временам Пегги приглашала кого-нибудь из публики, к эстраде весело подходили парни или девушки и пели что-либо из своего личного репертуара. Но особенно хороши были песни самой Пегги Сигер.

Вот только что отзвучала торжественная мелодия ее «Новогодней застольной», припев которой все пели хором:

Наполним бокалы, пусть полночь пробьет,
Пусть входит наш Новый, наш радостный год!
Всего дорогого, что хочется им,
Желаем мы братьям и сестрам своим.

Так выше бокалы! И выпьем до дна
За то, чтоб навеки исчезла война!¹

И вот уже начинается лукаво-жалобная песенка старой девы, которая не понимает, почему ее не берут замуж. А за ней звучит сатирическая песня, которой Пегги дала неожиданное заглавие: «Гитлер не умер»:

Линдон Джонсон был доволен бы вполне,
Если б взвился звездный флаг в чужой стране.
Ну а немцы разве делали не так,
Поднимая всюду свой паучий флаг?

Нет, Гитлер не умер,
Нет, Гитлер не умер,
Он прячется здесь,
Среди наших вояк!

С веселым задором прозвучала песня Пегги «Бойкот», призывающая бороться против чудовищного расизма Южно-Африканской Республики, бойкотируя ее товары. Вот несколько строф из нее:

Я женщина простая,
Варю, мету, стираю,
В лавчонке покупаю
Продукты на обед.
Но знают все в лавчонке,
Что, если на тушонке
Увижу надпись «Кейптаун»,
Я громко крикну: «Нет!»

Вчера взяла на рынке
В жестяночке сардинки
И, вынув из корзинки,
Гляжу ярлык на свет:
Из Африки рыбешки!
Я их швырнула кошке,
Но, побледневши, кошка
Мяукнула мне: «Нет!»

Я проверяю склянки.
Бутылки, пачки, банки,
Наклейки на жестянке
И вам даю совет:
Не брать, хотя бы даром,
Товары из ЮАРа,
Иначе вы враги мне
И вам я крикну: «Нет!»

А затем Юэн Маккол спел свою новую песню на волнующую всех нас тему: эта была эпическая баллада «Поля Вьетнама», которую мы приводим ниже с небольшими сокращениями:

Прим.

Там тысячи босых крестьян
Дрались в отрядах партизан
С давнишних пор, чтоб дать отпор
Безжалостным врагам, —
Четыре года этот край
Топтал японский самурай,
Но ты изгнал его с полей своих, Вьетнам!

Лишь эта минула беда,
Пришла французская орда,
И девять лет кровавый след
Тянулся по полям,
Но сбросил гордый твой народ
И этих чужеземцев гнет.
От них очистил он поля твои, Вьетнам!

Вновь почернела синева,
И в джунглях выжжена трава,
И ярче дня столбы огня
Пылают по ночам...

_________

1 Все тексты песен даны в переводе авторов статьи (Прим. ред.).

Текут, как мутная река,
Американские войска,
И сеют смерть они в полях твоих, Вьетнам!

Уже тринадцать долгих лет
Конца войне проклятой нет,
Но все ж страна твоя сильна,
Народ готов к боям.
Я знаю, братья и друзья:
Такой народ сломить нельзя!
Он не отдаст врагу поля твои, Вьетнам!

Но на вечере были не только песни. Вот подошел к эстраде высокий, худой, черноволосый ирландец в красном галстуке. Некоторое время он молча, стиснув зубы, смотрел на слушателей, и лишь на скулах его играли желваки. Затем он поднял над головой стиснутый кулак и начал говорить — сначала спокойно, а потом все более и более горячась, о забастовке строительных рабочих, в которой он участвовал, и о предательстве профсоюзной верхушки, провалившей забастовку. Затем его прозаическая речь сменилась стихотворной, а потом он запел песню на эту же самую тему. Окончив петь, он поднял опять над головой кулак, словно отдавая такой знакомый нам ротфронтовский салют, и под гром аплодисментов зашагал на свое место.

Чрезвычайно своеобразно было и окончание вечера. Отложив в сторону музыкальные инструменты, Пегги уселась на эстраде, держа на коленях стопку тоненьких брошюр, и присутствующие мгновенно разобрали их. Это был последний номер коммунистического журнала «Марксист», в редколлегии которого состоит Юэн Маккол...

По дороге домой мы спросили Маккола, много ли в Англии таких клубов. Он ответил, что в одном Лондоне их несколько десятков, что рабочая молодежь проявляет все больший интерес к хоровому пению новых песен и к коммунистической литературе. Мы горько пожалели, что у нас не было с собой магнитофона, чтобы записать этот удивительный концерт-митинг...

Каковы же были наши изумление и радость, когда ровно через два дня после возвращения в Москву мы получили по почте пакет, в котором лежали тексты и магнитофонная пленка с записью первого куплета каждой песни, пропетой на этом вечере. Эта посылка и дает нам возможность познакомить читателей хоть с некоторыми образцами замечательной работы, проводимой английскими народными певцами.

С. Болотин и Т. Сикорская

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Прим.

Содержание