извел удручающее впечатление. Унылый стандарт — что может быть печальнее на эстраде?! Вокальный джаз под руководством Г. Зарха отличает, напротив, тяга к эксперименту. Качество похвальное. Но направление поисков явно ошибочное. Примеры «инструментального» слогового пения мы знаем. Взять хотя бы знаменитый ансамбль «Свингл сингерс». Певцы ищут и зачастую находят эстетический эквивалент даже бессмертным творениям Баха. Но их цель — приблизиться к оригиналу, как можно выразительней передать голосом инструментальную мелодию.

Коллектив Зарха, судя по тому что мы услышали, руководствуется противоположным принципом: чем дальше от оригинала, тем лучше. Певцы исполнили в слоговой манере песню А. Петрова «Я шагаю по Москве». Непонятно, во имя чего потребовалось лишать отличную песню важнейшего компонента — слов. А главное — произведение с трудом можно было узнать, настолько подобное исполнение исказило его и обеднило. Ансамбль не сумел «справиться» и с романсом Д. Шостаковича из кинофильма «Овод». Не удивительно, что к этому сочинению обратился вокальный коллектив — сам характер мелодии располагает к пению. Но именно к пению. А не к сомнительному эстрадному эксперименту. Характерно, что публика в большинстве своем не приняла поделки. Повторяем, ансамбль ищет, но ошибается. Исправление ошибок — не его частное дело, а дело Ленинградского отделения Союза, всей организации музыкантов. Пора повести с безвкусицей решительную борьбу.

Лженоваторами показали себя и участники вокально-инструментального ансамбля «Поющие гитары» (художественный руководитель А. Васильев). Жертвами их «творчества» стали такие великие (это верное слово) песни, как «Дороги» А. Новикова и «Полюшко-поле» Л. Книппера. Это песни-реликвии, и (пусть правильно поймут нас глашатаи свободы творчества) их нельзя так вольно трактовать.

Всякая современная интерпретация не должна искажать образа песни (а именно так произошло на сей раз). Напротив, весь смысл нового прочтения в том, чтобы раскрыть этот образ более глубоко, более ярко.

Эстрадный концерт вызвал в конце фестиваля оживленную дискуссию. Фактом этим пытались даже обелить низкое качество выступлений. Но никакие споры не могут опровергнуть общеизвестной истины: в любом жанре искусства мы обязаны руководствоваться высокими требованиями, не допуская ни малейших признаков профанации.

Участники фестиваля дважды собирались для обсуждения прослушанного. Стенограммы зафиксировали и панегирики, и критические высказывания, краткие музыковедческие анализы и принципиальную борьбу мнений. Все присутствующие отметили высокий уровень фестиваля, его возрастающую роль в музыкальной жизни страны, его значение в подготовке к юбилейным торжествам советского искусства.

Что сказать в заключение? «Рабочая репетиция» закончилась успешно и многообещающе. Прошло полгода. Музыкальный Ленинград встречает Пятидесятилетие. И его сегодняшний предпраздничный вид в значительной мере определила третья «Ленинградская музыкальная весна». Спасибо ей и больших творческих успехов!

*

М. Тараканов

Талант в развитии

Бурное развитие современной советской музыки выдвинуло ряд сложных проблем, придало новый поворот «извечным» темам нашей критической мысли. И это не удивительно. Никогда еще у нас не было такого разнообразия стилистических течений, противоречивых тенденций, исканий и экспериментов. Не удивительно и то, что в среде композиторов, критиков и рядовых любителей музыки ведутся страстные споры, сталкиваются разные, подчас даже взаимоисключающие точки зрения.

Много спорят, в частности, о национальной природе творчества наших дней. Обостренный интерес к необычному, отход от привычного, устоявшегося — все это порождает вполне естественные опасения. Не связаны ли новые художественные явления с большими потерями, не забываем ли мы порой о наших великих завоеваниях? Ответ на эти вопросы следует искать не только в декларировании общих принципов искусства (это всегда будет лишь некоей предварительной ступенью), но — и это самое главное — в конкретном анализе живой музыки. При этом всего опаснее опираться на весьма порой обманчивые, исполненные неожиданных «слуховых аберраций» первые впечатления. Подлинный крити-

ческий анализ требует многократного вслушивания в музыку, ее изучения, «вживания» в ее звуковую материю...

В настоящей статье поставлены некоторые вопросы развития советской музыки в связи с творчеством ленинградца С. Слонимского. Уже в начале своего творческого пути композитор проявил тонкое понимание русской песенности, во многом обусловленное знанием ее реального бытия ¹. Особенно привлек внимание музыкальной общественности вокально-симфонический цикл «Песни вольницы», о котором неоднократно шла речь на страницах журнала. Со времени завершения «Песен вольницы» (1962) автор создал немало интересных сочинений в разных жанрах, позволяющих проследить, как и в каких формах претворяется здесь интонационный строй русской народной песни.

В творчестве Слонимского отчетливо выявились две основные линии. Одна из них связана с различными вокальными жанрами, другую представляют инструментальные композиции, преимущественно камерные. О соотношении их речь будет идти далее. Пока отметим, что наиболее богатой, перспективной является, пожалуй, вокальная музыка композитора, где национальные традиции более наглядны и осязаемы. С нее и начнем наш разбор.

Особенно выделяется большая, шестичастная кантата «Голос из хора» (1964), написанная на стихи А. Блока ². Перед композитором, обращающимся к сложному, исключительно богатому творчеству Блока, стоят нелегкие задачи. Труден самый выбор стихотворений, но еще труднее найти для них верную музыкальную интонацию, обойти «подводные рифы» упрощенных, «напрашивающихся» решений. Из многогранного наследия поэта Слонимский выбрал стихи, полные глубоких раздумий о смысле жизни, о противоречиях сурового и грозного времени, предвещавшего «неслыханные перемены, невиданные мятежи». Своего рода эпиграфом-заставкой к кантате стало великолепное стихотворение, открывающее цикл «Заклятий огнем и мраком»:

Пример

В этих фразах отразился подлинный оптимизм поэта, ставший конечным выводом познания света и тьмы «страшного мира». Острые контрасты блоковского творчества и обусловили драматургию кантаты. С какой силой убеждения звучат в третьей части знаменитые строки «Возмездия» — «Сотри случайные черты и ты увидишь — мир прекрасен»! Но им противостоит предшествующая, вторая часть («Двадцатый век»), использующая другой фрагмент, где с редкой силой поэтического предвидения выражено предчувствие грозных мировых катаклизмов нашего столетия. Новую «грань» драматургии кантаты представляет четвертая часть — беспокойная, полная волевого порыва «Песнь урагана», логично переходящая в инструментальную Токкату, сочетающую энергию и жесткость с неодолимой силой устремления, полетностью.

В основу последнего раздела положено трагическое и горькое стихотворение, название которого — «Голос из хора» — стало заголовком всего сочинения. Естественно может возникнуть вопрос: стоило ли именно так завершать кантату? По-моему, такое решение возможно. Сложные, противоречивые как сама жизнь художественные явления не нуждаются в приукрашивании. Да, в творчестве Блока при всей его вере в жизнь, конечно, сказались настроения глубокой тревоги за судьбы мира, казавшиеся скрытыми в зловещем тумане. И невозможно обойти все то, что сам Блок, по его собственным словам (сказанным, кстати, в связи с данным стихотворением), стремился преодолеть, но что в полной мере так и осталось непреодоленным.

Просветленный эпилог кантаты проникнут малеровским ощущением вечности жизни. Это то очищение, которое свойственно классическим трагедиям. Вместе с тем он, как мы старались показать, соответствует внутренне-

_________

¹ Слонимский принимал участие в ряде фольклорных экспедиций.

² До всякого анализа кантаты считаю необходимым высказать решительное неудовлетворение заметкой Н. Воронцова по поводу этого сочинения, опубликованной в газете «Советская культура» от 1 апреля 1967 года. Негоже автору острить по поводу интеллектуализма, когда речь идет о творчестве серьезного композитора; критикуйте, не соглашайтесь, но делайте это с чувством реальности исследуемого предмета!

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

*

М. Тараканов

Талант в развитии

Пример

Содержание