Георгий Каарелович Отс

5 сентября 1975 года после тяжелой, продолжительной болезни на 56-м году жизни скончался выдающийся деятель советской музыкальной культуры Георгий Каарелович Отс.

С именем Г. К. Отса связаны значительные достижения советского музыкально-театрального искусства. Он был художником яркого, многогранного таланта, большой душевной красоты, строгой творческой взыскательности. Его деятельность была проникнута высокими идеями партийности, интернационализма, жизненной правды.

Георгий Каарелович Отс родился 21 марта 1920 года в г. Петрограде. После восстановления Советской власти в Эстонии в 1940 году поступил в Таллинский политехнический институт. Незаурядное музыкальное дарование Г. К. Отса раскрылось в годы Великой Отечественной войны. В 1942 году молодой командир взвода был направлен в г. Ярославль, где в то время формировались эстонские художественные коллективы. В 1944 году Г. К. Отс был принят в Таллинскую государственную консерваторию. Одновременно начинается его творческая деятельность в государственном академическом театре «Эстония», на сцене которого он пел свыше тридцати лет.

Активная концертная деятельность, выступления по радио и телевидению, работа в кинематографе принесли Г. К. Отсу широкую известность в нашей стране и за рубежом. Он завоевал любовь и признание миллионов слушателей как неутомимый пропагандист современной советской песни.

Горячая преданность искусству сочеталась у Г. К. Отса с большой общественной работой. Встречи с трудящимися, выступления перед рабочими, тружениками села, воинами Советской Армии были неотъемлемой частью его жизни. Член КПСС с 1946 года, он неоднократно избирался секретарем партийной организации театра.

До конца своих дней Г. К. Отс исполнял ответственные обязанности депутата Верховного Совета СССР, кандидата в члены ЦК Коммунистической партии Эстонии, председателя Эстонского театрального общества.

Партия, Советское правительство высоко оценили заслуги Г. К. Отса. Он награжден орденом Ленина, двумя орденами Трудового Красного Знамени, орденом «Знак Почета». Ему трижды присуждалась Государственная премия СССР, он был удостоен почетного звания народного артиста СССР.

Светлый образ Георгия Каареловича Отса — замечательного артиста, коммуниста, человека высокого общественного долга навсегда останется в нашей памяти.

Л. И. Брежнев, А. П. Кириленко, А. Н. Косыгин, К. Т. Мазуров, Н. В. Подгорный, М. А. Суслов, П. Н. Демичев, М. П. Георгадзе, И. Г. Кэбин, А. П. Вадер, В. И. Клаусон, А. А. Епишев, Е. М. Тяжельников, В. Ф. Шауро, С. Г. Лапин, Ф. Т. Ермаш, К. В. Лебедев, В. И. Вяпяс, А. К. Грен, И. К. Архипова, Ж. Л. Гейне-Вагнер, Д. М. Гнатюк, Ю. А. Гуляев, Л. А. Землянникова, Л. Г. Зыкина, К. К. Ирд, Д. Б. Кабалевский. Э. А. Капп, Э. С. Колмановский, Л. А. Кулиджанов, Т. Я. Куузик, В. Ф. Кухарский, М. М. Магомаев, А. Г. Новиков, В.-К. Л. Норейка, А. П. Огнивцев, Я. П. Ряэтс, Е. Б. Серкебаев, В. П. Соловьев-Седой, А. Я. Сыбер, 3. П. Туманова, А. И. Хачатурян, Т. Н. Хренников, М. И. Царев, Г. Г. Эрнесакс, Б. Т. Штоколов, Ю.-К. М. Юрна, Н. А. Ярви.

Дм. Кабалевский

«Я — Кола Брюньон...»

Среди самых счастливых встреч, какие были в моей творческой жизни — не колеблясь назову встречу с Георгом Отсом.

В свое время я мечтал о том, чтобы увидеть горячо любимого мною артиста в образе Кола Брюньона — жизнелюбивого мастера — резчика по дереву, одолевшего все беды и несчастья, которые жизнь так щедро и несправедливо обрушивала на него. Позже Георгий Карлович говорил мне, что он знал о моей работе над новой редакцией оперы и тоже мечтал спеть в ней глазную партию.

«Я всю жизнь очень любил книгу Ромена Роллана, — рассказывал он, — она не раз помогала мне. Когда я был тяжело болен и жизнь моя была под угрозой, — Брюньон, боровшийся с чумой и одолевший ее, вливал в меня новые силы и помогал справиться со своими бедами».

Должен ли я говорить о том, какую радость принесло мне известие, что театр «Эстония» решил ставить «Брюньона» с Георгом Отсом в заглавной роли!

Никогда я не забуду первую репетицию, которую мне довелось послушать на сцене театра. Это была вполне черновая репетиция. Не было оркестра, вместо декораций стояли выгородки, почти не было костюмов, тем более — грима.

Но вот без грима и костюма появился на сцене Кола — Отс. Обаятельная улыбка, трогательная в своей бесхитростной наивности, нескладность «рыжего теленка», обаяние чудесного по тембру голоса, музыкальности, мастерства, безупречного вкуса и чудесной артистичности захватило, заставило сразу же забыть о всех нехватках и недостатках, естественных, конечно, на той стадии работы. С Георгом Отсом на сцену ворвалась трепетная жизнь, облеченная в прекрасную форму высокого искусства. Такое дано очень немногим...

В антракте перед вторым действием я пытался выразить Георгу Карловичу свое восхищение. Но он не захотел меня слушать и заговорил о том, как ему дорог образ Брюньона, о том, что работает он с большим увлечением, но пока еще лишь начинает нащупывать «нашего Кола»... Это подчеркнутое «нашего» меня несказанно обрадовало. Мой Брюньон и Брюньон Отса слились для меня теперь в нечто единое, навсегда неразлучное.

Во втором акте я услышал совершенно неожиданное... Шла сцена чумы, где Отс представал могучей личностью, которую не могла сокрушить даже смертельная болезнь с ее безумными бредовыми видениями. Но вот к обессиленному смертельной схваткой Кола прибегает его любимый ученик Робине и обрушивает на голову своего учителя еще одну страшную весть: дом Брюньона в городе сожжен, погибло все его бо-

«...Не бывает мрачных времен, бывают только мрачные люди!»

«...Женщину и арбуз узнают на вкус!»

«...Вот она лукавая гримасочка моей Ласочки»

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка