Выпуск № 8 (405) | 1972 - страница 12

Ю. Корев

Так же как и в других республиках, я ни в коем случае и не предполагаю взять на себя миссию подводить итоги состоявшемуся разговору. Собственно говоря, в этом нет необходимости — цель наша заключалась в том, чтобы обменяться мнениями по актуальным идейно-эстетическим проблемам развития молдавской музыки сегодня и тем самым способствовать развитию дискуссии, развитию критики не только в данной национальной творческой организации, но и в других союзах композиторов. Кстати, наш опыт позволяет с уверенностью утверждать, что редакционные беседы читаются там широко и заинтересованно, вызывают сочувственный отклик общественности, потому что в подобных беседах, как правило, верно отражается и состояние музыкальной жизни в той или иной республике, и характер происходящих процессов в самом творчестве.

Не скрою, когда мы рассматривали предложение Союза композиторов Молдавии о проведении в Кишиневе очередной редакционной беседы, у нас не было полной ясности в вопросе — готова ли к этому организация в целом, в особенности теоретико-критическая, музыковедческая мысль.

Я знаком с молдавской музыкой и по возможности стараюсь быть в курсе ее развития более полутора десятилетий. Для меня несомненен поэтому громадный, принципиальный рост молдавского творчества за эти годы. Несомненен и тот факт, что местная профессиональная композиторская школа поднялась на новый уровень и находится на ближайших подступах к творческим свершениям всесоюзного масштаба (кстати, некоторые отдельные, наиболее удачные сочинения уже вышли за пределы республики). Однако столь же ясно для меня, к сожалению, что в молдавском музыковедении до недавнего времени явно не хватало серьезных исследований, обобщений, касающихся общего процесса развития национальной музыки, перспектив ее движения вперед. Правда, и в этой области рост кадров критиков и исследователей, общий рост научной культуры происходит достаточно быстрыми темпами; в последние годы мы явно ощущаем это. Статьи И. Милютиной, Е. Ткача, Е. Клетинича, З. Столяра и других — наглядное тому подтверждение.

Теперь, естественно, сомнения уже позади. Мне кажется, все присутствующие довольны тем, что наша встреча состоялась и для такого «довольства» есть основания: выступавшие затронули ряд серьезных теоретических вопросов современной художественной практики, коснулись организации концертной работы, уделили внимание проблемам истории и историографии, фольклора, а самое главное — высказали немало ценных наблюдений и соображений относительно самого творчества во всех почти его жанрах — от песни до оперы. Как всегда, особый интерес придало нашему разговору живое участие в нем без малого всех крупнейших композиторов республики. Таким образом, редакционная беседа оказалась вполне представительной.

Какие вопросы хотелось бы специально выделить? Здесь справедливо и много говорили, что советским композиторам понятна и близка художественная культура, накопленная человечеством во все периоды его истории и во всех странах. На фоне нигилизма, «ниспровергательства» по отношению к классическим традициям, к искусству вообще, которые характерны сегодня для буржуазной культуры, для музыкального «авангарда» в особенности, осознание нашими художниками своей высочайшей миссии наследования всех духовных сокровищ прошлого, о чем в первые же годы Советской власти говорил В. И. Ленин, — такое осознание представляется замечательным завоеванием. В тесной связи с этим молдавские товарищи не уставали подчеркивать, что расширение кругозора, борьба с провинциализмом, замкнутостью в узком субъективистском мирке, в «своей келье» — все это продолжает оставаться для них важной задачей. Здесь существенно отметить, что любая широта кругозора, любая широта гуманистических представлений должна всегда сочетаться с четким, ясным партийным представлением о природе и задачах нашего искусства, с утверждением духовных, нравственных идеалов советского общества. Верно, искусство не может впрямую отобразить рост производительных сил общества, но отобразить, воссоздать своими средствами внутренний мир нашего человека, его этический идеал, его — новое! — отношение к труду, к окружающим его людям, к Родине — такое под силу нашему искусству, его творцам. Поэтому, о чем бы мы ни говорили — об отдельных технических средствах или системах композиции, о кругозоре или уровне мастерства художников, — неизменно возникает перед нашим умственным взором вопрос: для чего, во имя каких идей и идеалов накапливаем мы всю свою жизнь знания, умения, навыки в избранной нами области деятельности, для кого создаем музыку? Советским композиторам ответ на такой вопрос давно подсказала жизнь, социа-

листическая действительность. Но та же действительность каждый день выдвигает перед художниками более сложные и ответственные задачи, решение которых требует неусыпной энергии, отдачи всех душевных сил творческому труду.

Очень важно при этом верное понимание закономерностей развития нашего искусства, метода социалистического реализма. Лучшие национальные традиции полнокровной жизнью живут в советской современности. Эту мысль, конкретизируя ее на материале молдавской музыки, неоднократно высказывали участники беседы. Но одновременно они указывали на то, что огромное значение для молдавской композиторской школы имело ее общение с представителями самых разных национальных школ, сложившихся в других республиках. Нагляднее всего это видно на примере русско-молдавских, украинско-молдавских музыкальных связей и взаимовлияний. Однако затронутая мною проблема еще не нашла законченного научно-критического осмысления. Понимание того, что молдавская национальная культура (точнее сказать, молдавская многонациональная культура) представляет собой одновременно лишь часть общей многонациональной культуры советского народа — это не теоретическая абстракция, не общая декларация. Это то, что реально на протяжении уже многих лет помогало формированию композиторской школы в республике, способствовало росту интернационального сознания композиторов и музыковедов, это то, что должно еще больше помогать и в практической, и в теоретической работе как великий жизненный принцип братства, взаимовлияния культур. Сказанное, разумеется, ни в коей мере не означает, что мы должны теперь меньше внимания уделять проблеме выявления в творчестве тех или иных авторов, живущих и работающих в республике, молдавских, гагаузских, болгарских или русских национальных черт. Ни в коем случае; и, кстати, здесь тоже есть вопросы, ждущие теоретического осознания и практического осуществления.

Создается, например, впечатление, что после конгресса ММС, о котором уже упоминалось в ходе нашей беседы, еще больше обострилась борьба, с одной стороны, за националистический изоляционизм, а с другой — за полное растворение, «размывание» национальных «пережитков» в «единой», якобы космополитической по своей природе современной западноевропейской и североамериканской культурной традиции.

И то и другое, разумеется, непримиримо чуждо и враждебно нашим идеалам, нашей социалистической культурной политике.

Однако стоит внимательнее присмотреться к названным тенденциям и активнее бороться с ними, ибо апологеты этих тенденций весьма агрессивны и используют для пропаганды своих антигуманистических доктрин широкий арсенал средств массовой информации.

Другой вопрос — отношение к классическим традициям западноевропейской культуры. Совершенно очевидно, что культура эта уникальна, неповторима, что она составляет значительную часть общечеловеческих духовных ценностей. Однако столь же очевидно, что неверно было бы абсолютизировать эту уникальность, воспринимать как непререкаемую догму опыт западноевропейской классики. Проблема эта — острая для молдавских музыкантов. Очень многое в той народной культуре, на лучшие традиции которой они опираются, вовсе не укладывается в общеевропейские «стандарты» ладовости, гомофонно-гармонического склада, как не укладывается и в полифонические нормы, выработанные в практике западноевропейских мастеров. Иначе говоря, ощущение и «вертикали», и «горизонтали», и принципов интонационного развития, и формообразования — все это иное в молдавской народной и профессиональной музыке, все это — свое, и выявление такого своего в произведениях самых различных жанров требует еще очень значительных усилий со стороны композиторов и музыковедов республики.

Примечательно: подобные задачи как бы заново решались на каждом новом этапе развития молдавского профессионального искусства, но неизменно первым помощником творцов этого искусства был фольклор. Впрочем, «помощником» — это не то слово. Неисчерпаемое, вечное в своей жизни, как вечен народ, как вечна жизнь, народное творчество открывало перед композиторами все новые и новые пласты своих богатств, обогащало и обогащает их искусство. Надо было бы с этой точки зрения посмотреть сегодня на состояние науки о фольклоре, обратить внимание на то, как он пропагандируется, в каких формах живет в народе.

Особая проблема — претворение фольклора в современных массовых жанрах. Здесь положение едва ли не парадоксальное. Казалось бы, что другое, если не веками складывавшиеся формы и жанры народной музыки, должно было бы занять сегодня ведущее место в массовом музыкальном быту? Однако положение дел «таинственным» образом представляется ныне совсем иным, чем мы могли бы ожидать. Наряду с широким проникновением в массовый музыкальный быт советской песни и танцевальной музыки других братских республик, особенно русской и украинской, — и это лиш-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Ю. Корев

Содержание