Выпуск № 8 (405) | 1972 - страница 11

посылки для такой работы в Молдавии есть, и я надеюсь, что скоро мы сможем говорить о поверхностном подходе к фольклору лишь как о досадной случайности.

Рассматривая проблему национального в музыке, нельзя ограничиваться вопросами стиля. Нужно обязательно — и в первую очередь — оценивать идейную содержательность искусства (об этом здесь говорил Е. Дога). И я думаю, у нас в республике созданы произведения, отвечающие в этом смысле самым высоким требованиям. Здесь уже упоминалась «Поэма о Днестре» С. Няги. Можно назвать также симфонии С. Лобеля, балет «Сломанный меч» Э. Лазарева, Симфонию С. Няги и его Камерную струнную и Скрипичную сюиты, поэму Е. Доги «Сердце века», детские сюиты и песни З. Ткач. Все это — отличная, высоко-содержательная современная музыка, заслуживающая самой широкой пропаганды.

Каковы пути развития молдавской музыкальной культуры? На такой вопрос в двух словах, конечно, не ответишь. Но я убежден: правы те товарищи (и в частности Л. Аксенова), которые выступают против универсализации, если можно так сказать, бартоковского метода. Барток был великим художником, его опыт, его достижения — ярчайшая страница в музыкальной классике XX века. Мимо этого опыта, естественно, не прошли и молдавские композиторы, тем более, что в нашем фольклоре есть некоторые общие черты с венгерским. Но самое главное заключается в том, что мы живем и работаем в дружной семье советских братских национальных культур. Русская школа, творческие поиски и находки авторов Закавказья и Прибалтики, Украины и Средней Азии, автономных республик — ничто не может и не должно миновать нашего слуха, ибо залог и основа расцвета искусства — наши общие социалистические идеалы, совместная работа по овладению вершинами художественного мастерства.

*

И. Милютина

Вопрос национального стиля — один из самых важных для музыкального творчества республики. Как известно, стилевые признаки вырабатываются постепенно, на протяжении всего пути профессиональной культуры к зрелости. Здесь большую роль играют собственные традиции, традиции фольклора, а также влияние мирового искусства, классического и современного. Показательно, однако, не только следование традициям, но и отказ от определенных влияний. И молдавские композиторы берут на вооружение из богатого арсенала современных выразительных средств то, что созвучно их мировосприятию, что соотносится со специфическими особенностями национального искусства.

Организация беседы на столь важную тему в Молдавии — это признание определенной зрелости нашей культуры в ряду культур других республик.

Действительно, профессиональное творчество развивается у нас весьма интенсивно. И уже можно говорить, что в целом оно эволюционировало от запечатления частных, лежащих на поверхности фольклорных явлений к опосредованному, обобщенному воплощению закономерностей народного мелоса. На основе национально своеобразной лексики в музыке молдавских композиторов возникают типичные интонационно-ладовые комплексы; ею определяются характерные свойства гармонического языка, особенности модуляционных процессов. Из слияния ладов, распространенных в фольклоре, произрастают специфические виды полиладовых образований, а в особенностях формы сочинений зачастую можно уловить связь с импровизационной природой народного искусства.

Ярким подтверждением сказанному могут служить, например, Рапсодия для скрипки, двух фортепиано и ударных В. Загорского, некоторые произведения С. Лобеля, отдельные пьесы Г. Няги, П. Ривилиса, З. Ткач и других авторов. При этом важна тенденция к усилению субъективного, индивидуального начала в претворении национальной первоосновы. Это особенно заметно при сравнении наугад выбранных опусов разных периодов в творческом портфеле каждого композитора. Даже анализ одного жанра — например, камерной инструментальной музыки — позволяет представить подобную эволюцию. Если же обратиться к произведениям иных жанров (таким, например, как Вторая симфония Г. Няги, Пятая симфония С. Лобеля, Симфонические танцы П. Ривилиса, опера «Коза с тремя козлятами» З. Ткач), панорама творческих поисков и находок молдавских авторов будет еще шире и внушительнее. Налицо важные достижения профессионального творчества в области стиля.

И конечно же, определяющей в выработке собственного почерка любого художника должна быть постоянная опора на свойства молдавского мелоса и создаваемые ими пред-

посылки, даже в тех случаях, когда народные темы не цитируются. С другой стороны, думается, что под материалом фольклорного происхождения следует понимать не только законченные мелодии, но и отдельные элементы народного музыкального словаря. И в творческой практике наших композиторов включение в оригинальный тематизм характерных интонационных ячеек соседствует с возникновением определенных типовых структур, отражающих своеобразие национального мелоса.

Например, в Скрипичной сюите П. Ривилис исходит из начальных звеньев разных фольклорных мелодий; их прорастание составляет основу дальнейшего развития. Не менее интересно обращение с народной темой во Второй симфонии Г. Няги, где она служит своеобразным драматургическим стержнем, и в пассакалье Пятой симфонии С. Лобеля.

Возможны, конечно, и орнаментальное варьирование на основе первоисточника, пример которого находим в Молдавском каприччио для арфы Л. Гурова, и создание декоративной звукописи (финал Скрипичной сонаты того же автора, где мастерски использован лэутарский наигрыш «Чокэрлия»). В то же время в таком произведении, как Романтическая сюита А. Стырчи — большой вариационной форме, основанной на народной теме, — композитору, к сожалению, не удается достичь единства стиля.

Само собой разумеется, что в работе с фольклорными первоисточниками желательно не пользоваться «затертыми» интонациями, рождающими инерцию восприятия. Однако — прав П. Ривилис: и «отработанный» материал можно развить таким образом, что он заблистает новыми красками. Как известно, Б. Асафьев писал: «Наличие смыслово-волнующих интонаций-обобщений не есть вульгарность. Обращать ли их в жемчужины искусства или снижать до вульгаризма — дело ума, совести, мастерства, гения и художественной чуткости и вкуса» ⁵.

Думается, наши композиторы недостаточно внимательно относятся к природе одноголосия, специфичного для молдавского фольклора. Как известно, создание многоголосной ткани на основе народной монодии — задача очень сложная, требующая от художника особой чуткости. Видимо, в этой области могут и должны отрабатываться особые стилевые (в первую очередь фактурные) приемы, которые в не меньшей степени, нежели ассоциативно-колористические средства, помогут воссоздать в профессиональных сочинениях эмоционально экспрессивное начало народного искусства. Мне, например, очень импонирует та графичность фактуры, которая встречается в музыке П. Ривилиса, В. Полякова. И мысли о сугубом одноголосии, которое, как мне известно, П. Ривилис предполагает положить в основу одного из своих новых сочинений, приходят к нему, конечно же, не без влияния молдавского фольклора. Определенное внимание к данной проблеме демонстрирует музыка Г. Няги (достаточно познакомиться с рядом его последних камерных пьес — скрипичных и фортепианных, Лирической сюитой для струнного квартета), А. Муляра (шесть концертных пьес для скрипки и фортепиано), В. Загорского (Рапсодия, фортепианные Бурлеска и Новелла).

Обогащенное претворение монодического принципа фольклора могло бы привести к развитой полифонии, драматургическая и конструктивная роль которой в разнообразных инструментальных формах общеизвестна. По-видимому, именно в этой области молдавскую музыку ждут еще поиски и открытия.

Правда, уже сегодня ряд произведений содержит образцы развитой контрастной полифонии. Образование многослойных построений в насыщенной инструментальной фактуре особенно характерно для музыки С. Лобеля. Встречается это явление и у других авторов — например, в Рапсодии В. Загорского или Фортепианной сонате А. Стырчи. Однако творческая практика доказала, что особенности интонационного облика молдавских народных тем позволяют широко применять также принципы имитационной полифонии (например, напомним о столь характерном для фольклорных мелодий начальном квартовом ходе от доминанты к тонике лада). Вероятно, имитационную технику можно использовать не только как частный прием развития национально окрашенного тематизма.

В свое время была предпринята попытка писать прелюдии и фуги на молдавские фольклорные темы. Я имею в виду, например, фортепианные пьесы В. Сырохватова. В большинстве из них тематический материал обобщает интонационные черты нескольких народных образцов одного жанра. Я считаю, что тогда была начата очень перспективная творческая работа. Но дальше эксперимента дело, к сожалению, не пошло...

Итак, основная задача наших композиторов — это творческая выработка и шлифовка национального стиля. При том, что каждый композитор решает эту задачу по-своему, на помощь интуиции художника обязательно должно прийти музыковедческое исследование.

_________

⁵ Б. Асафьев. Избранные труды, т. 5. М., 1955, стр. 205.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

*

И. Милютина

Содержание