Выпуск № 8 (405) | 1972 - страница 10

особенно примечательно творчество Г. Няги. Заметим, однако, что композитор нигде не отступает от принципа ладового тематизма, так или иначе связанного с национальным мелосом, и даже самый выбор интервала политонального сочетания отражает характерные для молдавской музыки интонации (например, сочетание C-dur’a и D-dur’a в финале Сюиты для струнного оркестра с полной очевидностью выявляет типичные обороты с лидийской квартой и миксолидийской септимой).

Как известно, современная музыка пришла к резкому усложнению звукового состава лада, в частности к формированию двенадцатитоновой системы. Эта тенденция нашла отражение и в молдавском творчестве, но у нас двенадцатитоновость остается ладовой, то есть трактуется по-прокофьевски, а не по-шёнберговски. Как я уже сказал, сложная горизонтальная и вертикальная политональность тематизма Г. Няги почти всюду основывается на ладово-интонационной природе народного мелоса, и именно потому его музыке присущ ярко выраженный национальный стиль ⁴.

Чрезвычайно интересны образцы национального по сути тематизма в сочинениях П. Ривилиса, прежде всего — в Симфонических танцах. Не говоря уже об удивительных тембровых находках, связанных с претворением особенностей народного инструментария, музыка Ривилиса поражает мелодикой — очень молдавской и в то же время очень индивидуальной. Темы вырастают из микроорганизма — интонации путем нанизывания ее вариантов на единый мелодический стержень. Сам по себе прием этот не нов (вспомним Стравинского), но в условиях нашей культуры дает весьма интересные результаты.

Приведенными примерами я, пожалуй, ограничусь и попробую подытожить сказанное.

Наиболее перспективные возможности разработки национального элемента в молдавской музыке — оперной, симфонической, хоровой, камерной — состоят, на мой взгляд, в обогащении тематизма на основе:

1) переосмысления и дальнейшего развития принципа переменности, усложнения межтональных взаимоотношений — «политональность по горизонтали»;

2) сочетания разных ладов и тональностей в одновременном звучании, отражающем специфику народного мелоса, — «политональность по вертикали»;

3) расширения традиционных ладов до полной двенадцатитоновой системы и внедрения в этот хроматически усложненный комплекс типичных для народного мелоса интонаций;

4) освоения метода непрерывного мотивно-вариантного развития характерных мелодических оборотов с расширением круга используемых интонаций путем обращения к глубинным пластам отечественного фольклора.

В заключение несколько соображений организационного характера. Мы бы хотели, чтобы достижения молдавских композиторов были больше известны за пределами республики. Речь идет о коренном улучшении пропаганды, и просьба к журналу — помочь нам в этом отношении. У нас нет своего специального печатного издания. Это, кстати, отрицательно сказывается и на развитии теоретического музыкознания в республике. Конечно, не все проблемы молдавской музыки могут представить интерес для всесоюзного читателя, но все же многие — могут.

*

Н. Киоса

Молдавским художникам повезло. Нам достался от предков глубочайший кладезь народного творчества, такой яркий, самобытный, многоликий музыкальный фольклор, что только бери и «аранжируй» его. Требуется проявить простое любопытство и хотя бы бегло прочесть расшифрованные уже фонограммы записей, накопившиеся в фольклорном кабинете республиканского Дома народного творчества. Тогда мы увидели бы, что ладовые и метроритмические структуры молдавского мелоса не ограничиваются ординарными плясовыми типа хоры и сырбы или миксолидийским мажором да фригийским минором, столь навязчивыми в нашей, так сказать, авторской песне.

Учрежденная при Союзе секция песни и легкой инструментальной музыки призвана контролировать состояние и стимулировать развитие массовых жанров, и в этом плане сделано уже немало. В то же время, как руководитель секции, я должен признать, что не сумел еще поднять нашу деятельность на должный уровень. Причин здесь много, а главное — многие из тех, кому надлежало

_________

⁴ После исполнения Второй симфонии Г. Няги в Риге кто-то из латвийских музыкантов прислал в нашу газету рецензию, где высказывалось сожаление по поводу отсутствия в этой симфонии молдавского колорита. Здесь мы встречаемся с заблуждением, возникающим оттого, что за пределами нашей республики этот колорит ассоциируется с немногими и далеко не всегда стилистически чистыми образцами эстрадных жанров.

бы задавать верный тон песне, остыли к этому жанру. Он отдан на откуп любительщине. Достаточно сказать, что сейчас чуть ли не в каждом исполнительском коллективе объявились свои доморощенные авторы из среды певцов и оркестрантов, которые в обход секции берутся за фабрикацию репертуара (зачастую это беззастенчивая перелицовка румынских мелодий) и настойчиво пропагандируют его повсюду, создавая у слушателя превратное представление о молдавской музыке вообще.

Наша республика невелика по территории. В то же время она многонациональна и состоит из народов на редкость музыкальных, создавших за века взаимного общения искусство полнозвучное и многообразное. Взять хотя бы гагаузский фольклор; сколько в нем неповторимой прелести, заслуживающей пристального внимания и подлинно творческого отношения со стороны профессионалов!

Бережно хранить и развивать живые традиции духовной культуры своего народа — наш святой долг.

*

В. Загорский

На сегодняшней беседе было затронуто много важных вопросов. Естественно, я не смогу остановиться на каждом из них; выделю те, которые показались мне особенно «не терпящими отлагательств».

По ходу нашей дискуссии уже звучала мысль о том, что следует с большим вниманием отнестись к процессам, происходящим ныне в самодеятельном творчестве, получившем огромный, массовый размах. При этом нельзя не отмечать тревожных симптомов вульгаризации народного искусства.

Что происходит сейчас на практике? В Домах культуры и в Доме народного творчества проводятся семинары, на которых в качестве образца для подражания пропагандируется, скажем, исключительно оркестр «Флуераш». В результате появляется много аналогичных маленьких коллективов, которые дублируют этот эталон — естественно, в ухудшенном варианте.

Танцевальный ансамбль «Жок» тоже принято считать некоей моделью, и вот самодеятельные артисты начинают исполнять не танцы своего села (что было бы самым интересным), а бледные копии программ этого коллектива. А посмотрите, что происходит с костюмами: старинные национальные одежды, представлявшие большую художественную ценность, преданы забвению, уступив место стандартным полуэстрадным. Я несколько огрубляю, но такие тенденции господствовали вплоть до недавнего времени. Теперь мы, кажется, начинаем понимать, что истинный фольклор нужно искать в глубине, а не «экспортировать» из столицы.

Я не считаю, что существующие самодеятельные ансамбли надо ликвидировать. Пусть работают. Они имеют право на существование, так же как и другие носители профессиональной музыкальной и хореографической культуры. Но следует признать, что такие ансамбли — своего рода эстрадные надстройки на народной почве. Это все же не этнографические коллективы, а последним уделяют слишком мало внимания.

Очень верно здесь говорили и о пристрастии к испытанным уже образцам фольклорного мелоса, в которых будто бы навечно закреплено представление о народном молдавском колорите. Конечно, такие образцы — замечательные творения национального искусства, но можно ли к ним сводить все его богатство?

Хочу в этой связи поделиться собственным опытом. Мой балет ставил В. Варковицкий. Прослушав музыку и в принципе одобрив ее, он заявил, однако, что будет ставить балет лишь при условии, что я введу в него молдовеняску в качестве главной темы. К хореографу присоединился либреттист. И в результате я, поступившись собственными взглядами, в корне переделал музыку. Я знал, конечно, что молдовеняска достаточно «поистерлась» в эстрадных интерпретациях и потому постарался скрасить ее всякими политональными проведениями и различными канонами. Но ничто не помогло, и финал балета, где этот танец разворачивался на украшенной флагами сцене, был погублен.

Мне кажется, каждому художнику необходимо углублять для себя понятие народного — углублять прежде всего практически, в процессе живого вслушивания в сокровищницу национального искусства, несводимую к трем-четырем крылатым мелодиям.

Все хорошо знают: постижение национального в искусстве требует глубокого изучения художественного наследия своего народа, вживания в него. Но, может быть, не все музыканты задумываются над тем, что для того, чтобы проникнуть в склад мышления народа, недостаточно знать только музыкальный фольклор; нужно освоить всю отечественную культуру в комплексе. Не обработка «наскоком» первых попавшихся под руку и понравившихся мелодий и не иждивенческое использование популярных классических образцов, а систематическое изучение всего народного творчества — вот что нужно нам сейчас. Пред-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

*

Н. Киоса

*

В. Загорский

Содержание