Выпуск № 2 (399) | 1972 - страница 26

позиций, в которых он невозможен в соответствии с нормами данного текста. Сумма позиций, которые данный элемент способен занимать, называется его дистрибуцией (англ. distribution — распределение).

В чем важность дистрибуции для задач структурного описания? Во-первых, это характеристика строго формальная и в то же время опирающаяся на внутритекстовые закономерности; во-вторых, она показывает элемент в его соотношениях, связях с другими, создавая предпосылку для системного описания. Дистрибутивный анализ универсален, он применим к любым единицам любого текста, так как всякий текст (в том числе и музыкальный) состоит из элементов, сочетающихся по некоторым правилам. Вместе с тем круг задач, решаемых с помощью такого анализа, весьма широк.

Прежде всего, с его помощью мы можем определить сами единицы, существенные для данного текста. Эта задача особенно важна в музыкознании, поскольку в разных стилях набор функционально значимых единиц порой различается в большей степени, чем в разных естественных языках.

В принципе, существенны для данного текста те элементы, сочетаемость которых между собой подчинена известным ограничениям, то есть регулируется правилами. Если же таких ограничений не существует и элементы сочетаются «каждый с каждым», они не показательны для характеристики рассматриваемой структуры. Так, критерий гармонической вертикали не годится при анализе стиля, в котором совместимы любые две вертикали; тексты, репрезентирующие такой стиль, очевидно, не имеют гармонии и организованы по иным правилам построения. Аналогично, звуковысотная, тембровая и другие характеристики оказываются существенными лишь постольку, поскольку обнаруживаются некоторые правила построения текста по данным характеристикам.

Итак, структура выявляется там, где налицо некоторая иерархия, некоторые классы единиц, обладающие различными дистрибутивными возможностями. Подсистемы, каждая из которых оперирует однопорядковыми единицами, называются уровнями структуры.

Описание возможно на каждом отдельном уровне. При этом дистрибутивная характеристика и здесь выступает важнейшим фактором, ибо естественно предположить, что «поведение» элементов определяет их функцию, место в структуре. Выше мы уже видели, как с помощью данного критерия удается разграничить аккордовые и неаккордовые созвучия. Проследим еще — на примере гармонии венской классики — переход от наблюдаемых в тексте вариантов-аккордов к структурным инвариантам — гармоническим функциям.

Нетрудно убедиться, что в текстах данного стиля существуют некоторые аккорды, дистрибутивные возможности которых совпадают либо находятся в отношении включения (дистрибуция одного аккорда составляет часть дистрибутивных возможностей другого), такие аккорды оказываются взаимозаменимы (либо один из них может быть заменен аналогичным) ⁹. Их естественно считать представителями одной функции. Таково, например, соотношение I и I ₆ , различных обращений V и VII, IV и II. В то же время существуют другие аккорды, обладающие пересекающимися дистрибутивными возможностями, то есть взаимозаменимые не во всех позициях. В этом случае перед нами проявление разных гармонических инвариантов-функций.

В итоге мы получаем пять функций, дистрибутивные характеристики которых могут быть сведены в следующую таблицу, где горизонтальный ряд каждой функции показывает ее сочетаемость (+) с последующим элементом, вертикальный — с предыдущим; позиция перед Θ (паузой) и после — это, соответственно, позиция в конце и начале текста.

Как мы видим, отказ от апелляции к чисто акустическим закономерностям

Таблица

_________

⁹ Разумеется, все эти закономерности устанавливаются при условии более строгого и подроб-

и обращение к формальным приемам анализа текста вынуждают нас выделить в качестве особых функций VI и D/D, так как их дистрибутивная характеристика не «укладывается» в какую-либо из трех классических функций. Легко понять, что как набор функций, так и соотношение между ними могут изменяться в разных стилях, что можно показать строго формально.

Далее, после того как выделены функции и те наборы вариантов, в которых они реализуются (их парадигмы), требуется описать зависимости между функциями в тексте. При этом выясняется, что некоторые сочетания подвергаются «свертыванию», то есть замене одной функцией, во всех позициях. Так, для сочетания Т–S мы можем сформулировать правило свертывания Т–S→T, но не Т–S→S (последняя операция неосуществима в позиции D–Т–S, так как приведет к «неправильному» соединению D–S). Подобные ситуации раскрывают отношения зависимости в сочетании. А именно, зависимой является «свертываемая» функция; обозначив зависимость стрелкой, получим: Т–(→)S.

С другой стороны, в сочетании D–Т несвертываемыми (по крайней мере в некоторых позициях) оказываются оба элемента (ср. последовательность VI–D–Т–S, где опущение как D, так и Т ведет к нарушению правил сочетаемости функций). Следовательно, здесь мы имеем уже не односторонне направленную, а взаимную зависимость: D↔Т.

В результате такого рода операций текст предстает уже не как простая последовательность гармонических элементов, но как структура, характеризуемая сетью зависимостей. Одновременно и сами функции предстают в некоторой иерархии (как главные и зависимые), благодаря чему описание получает системный характер.

Подобный метод исследования эффективен на разных уровнях текста. В частности, он обещает дать интересные результаты при анализе мотивной структуры. Прежде всего здесь оказывается возможным более строгое, чем это практикуется обычно, определение мотива. Критерием этого понятия, как и при определении аккорда, служит открытая сочетаемость. В таком случае мотивом мы будем называть некоторую минимальную группу элементов, сочетающуюся с другими отрезками текста по определенным правилам, обнаруживающую способность к воспроизведению в различных позициях (то есть к открытой сочетаемости) и не содержащую в своем составе таких частей, которые обладали бы теми же свойствами.

Сложность состоит в том, что мотив может воспроизводиться не буквально, а в варьированном виде, причем трудно определить, где кончается варьирование и начинается другой мотив, пусть в чем-то сходный с первым. Соответственно, открытым остается вопрос о дистрибуции мотивов, поскольку последняя должна определяться по совокупности всех варьированных проведений.

Эта трудность преодолевается при помощи еще одного важного критерия структурного анализа, о котором мы до сих пор не имели случая упомянуть. Речь идет о регулярности явлений как показателе их значимости в данной структуре. Применительно к мотивной работе условимся, что варьирование — это такое изменение, которое дает регулярное соотношение по форме, то есть при котором существует еще хотя бы одна пара вариантов (какого-то другого мотива), обнаруживающая точно такое же соотношение своих форм. Однократное же изменение формы мотива не считается его варьированием.

Поясним данный тезис несколькими примерами из «Тристана и Изольды» Вагнера. Для начала рассмотрим мотив, появляющийся, в частности, в начале пятой сцены первого акта:

Он воспроизводится неоднократно, причем в различных позициях, в сочетаниях с другими. Ср. в той же сцене:

_________

ного определения позиции, о чем уже говорилось выше (см. упомянутую ранее нашу работу).

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Таблица

Содержание