именита» Маркела Безбородого — выдающегося представителя старшего поколения новгородско-московской школы мастеров пения, о котором счел нужным сообщить летописец: «а псалтирь роспета в Великом Новеграде, некто был инок именит Маркелл, слыл Безбородой, он де ея роспел. Да он же сложил канон Никите архиепископу новогородскому, вельми изящен».

В том же исполнении прозвучали русские и украинские канты, представившие различные виды этого популярнейшего песенного жанра XVIII столетия: покаянный кант «Ин тя мир, душе, ожидает», в котором суровые, в характере церковного мелоса музыкальные фразы завершаются типично народными кадансами; рождественский кант «Новый год бежит», гимнический «Воспоем песнь нову», лирические «Дражайшая зима», «Уж не могу ныне молчати» и «Ой, перестань, мой намилши» — чистейшая украинская песня; наконец, элегический кант «Начну на флейте стихи печальны» на текст «Стихов похвальных России» В. Тредиаковского — чудесная, проникновенная песня, органично сочетающая гимническую возвышенность стиха и мелодии с плавным ритмом изящного менуэта.

Канты были и в программе концерта Русской хоровой капеллы: петровский кант «На взятие Дербента» с колоколом (1722) и «Стихи в славу и честь Петру Алексеевичу, петые в пришествие его из-под Полтавы в Москву на Триумфальных воротах певчими» (1709), — типичные образцы приветственных победных кантов, широко распространившихся в России в петровскую эпоху. Они звучали на ассамблеях, в дворянских домах, на городских площадях, отмечая славные победы на суше и на море «птенцов гнезда петрова». Стилистически к этому же типу кантов примыкает и монументальный 12-голосный «Концерт в честь Полтавской победы» В. Титова, также спетый юрловцами.

Если не считать прекраснейшей народной песни «Возле реченьки хожу млада», сложенной на пострижение в 1698 году Евдокии Лопухиной (солистка Л. Солодилова), то остальная часть программы Республиканской капеллы и оба отделения концерта артистов Театра имени К. С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко были посвящены творчеству композиторов доглинкинского периода: концерты для хора М. Березовского («Не отвержи мене во время старости») и Д. Бортнянского (№ 24), его же дуэт «Ave Maria», «Покаянное трио» А. Веделя, ряд фрагментов (арии, увертюры, антракты) из опер «Демофонт» М. Березовского, «Сокол» и «Сын-соперник» Д. Бортнянского, «Новгородский богатырь Боеславич», «Золотое яблоко» и «Американцы» Е. Фомина¹.

Очень сильное впечатление оставили в исполнении капеллы концерты Березовского и Бортнянского. «Не отвержи мене во время старости» — одно из высших, вдохновенных созданий Березовского. Музыка эта, исполненная искреннего чувства, проникнутая сдержанным драматизмом, воспринимается как автобиографическая исповедь рано и трагически погибшего композитора. Напротив, в более светлых, к концу — мажорно-оживленных тонах выдержан Двадцать четвертый концерт Бортнянского («финалы концертов Бортнянского почти всегда в ритме и темпе обнаруживают движение канта... В них ощутимы идущие люди, радостно взволнованные», — писал Б. Асафьев) — также один из лучших среди сорока пяти, написанных классиком русской хоровой музыки. Его же вокальный дуэт с оркестром «Ave Maria», сочиненный молодым композитором во время пребывания в Италии (и несомненно отмеченный влиянием итальянского оперного стиля того времени), по своей драматургии и общему несколько театральному характеру напоминает развернутую оперную сцену, в которой вокальные эпизоды чередуются с краткими, но выразительными оркестровыми интермедиями. Дуэт прозвучал в проникновенном исполнении Н. Исаковой и В. Громовой в сопровождении оркестра театра.

Особый интерес вызвала оперная музыка. Мастерски написанные увертюры к лирико-комической опере «Сокол» (1786) и «античной» «Сын-соперник» (1787) Бортнянского — свидетельство высокого уровня инструментальной культуры в России той поры: яркий тематизм, местами близкий родной композитору украинской песне, стройная форма, ясная и тонкая по колориту инструментовка. Увертюра к опере «Американцы» и антракты из опер «Новгородский богатырь Боеславич» и «Золотое яблоко» Фомина также показывают незаурядное техническое мастерство и хороший мелодический дар автора, но стиль их несколько иной: здесь явственно ощущается русская городская песенность, причем идущая не от чувствительного салонного романса, а точнее от бытовой песни пригорода. Все эти фрагменты были исполнены оркестром под управлением В. Есипова с хорошим вкусом и верным, на мой взгляд, чувством стиля.

Подлинным украшением кон-

_________

¹ Многие из перечисленных произведений в том же исполнении записаны на пластинки, выпущенные недавно фирмой «Мелодия», и, таким образом, уже могут быть известны широкому кругу слушателей.

цертной программы явились вокальные номера из опер: очаровательно-изящная, пасторального характера ария Жанетты из «Сокола» (Н. Исакова), задумчиво-элегическая, отмеченная благородным мелодическим рисунком ария Карлоса из «Сына-соперника» и ария Тиманта из «Демофонта» Березовского (обе — И. Шапарь). Последняя, представляющая собой развернутый, свободный по форме монолог, произвела особенно сильное впечатление необыкновенно красивой, выразительной кантиленой и драматически-экспрессивными «вспышками» в средних эпизодах.

Прошедшие концерты заставляют серьезно пересмотреть бытующий предвзятый взгляд (обязанный своим существованием исключительно отсутствию живого слухового опыта) на старинную русскую музыку — не только XVIII столетия, но и более раннюю — как на «музейный материал», доступный и интересный лишь специалистам. Нет и еще раз нет! Быть может, не все, но многое, безусловно большее из того, что прозвучало в концертах московской конференции, вызовет интерес не у одних специалистов. Эта музыка может и должна время от времени появляться и на филармонических афишах, а не только в программах научных симпозиумов.

П. Пичугин

Контрабас — solo

В царстве музыкальных инструментов равноправия не существовало издавна. Одни прочно утверждались на поприще сольного исполнительства, за другими столь же прочно закреплялась репутация «чисто оркестровых». Но соответствует ли подобное разграничение истинному положению вещей?

...Контрабас не имеет принципиальных отличий от соответственного ему по величине и регистровому диапазону представителя виольного семейства — контрабасовой виолы (виолоне). Не случайно некоторые исследователи называли его «виольным» перебежчиком в стан скрипок. Примерно столетие отделяет появление собственно контрабаса от его виольного прародителя. Уже во времена Бетховена контрабас, прочно зарекомендовавший себя в оркестрах и ансамблях, притязает на сольную эстраду, доказательством чего служит широкая концертная деятельность прославленного Д. Драгонетти. С успехом исполнял он в ансамбле с Бетховеном одну из его виолончельных сонат. Позднее широкой известностью пользовался Дж. Боттезини, снискавший признание такого строгого критика, как Берлиоз. В России в первом десятилетии нашего столетия началась исполнительская деятельность выдающегося виртуоза С. Кусевицкого — впоследствии знаменитого дирижера, руководителя Бостонского симфонического оркестра. Музыканты старшего поколения помнят еще искусство И. Гертовича, которому принадлежали известные слова: «Контрабас — это та же скрипка, только чуть больше и нежнее...»

Однако, несмотря на традиции, несмотря на значительный рост исполнительства в наши дни, контрабас не может похвастаться тем, что «на равных правах» стоит в разряде сольных. Тем более ответственна творческая деятельность Р. Азархина — концертмейстера Государственного симфонического оркестра и одного из немногих контрабасистов-солистов.

Можно с уверенностью сказать, что в пропаганде своего инструмента Азархин исключительно последователен. Он автор ряда обработок и переложений для контрабаса, привнесший в исполнительство новые аппликатурные приемы, основанные на больших «растяжках» и равномерном использовании всех пяти пальцев левой руки, новые, «заимствованные» у скрипачей и виолончелистов виртуозные штрихи. Одним из первых в стране, артист начал играть на металлических струнах, что обеспечило большую устойчивость интонации.

Украшением его концерта явилось совместное с М. Толпыго исполнение Сонаты И. Шпергера для альта и контрабаса. Это раннеклассическое сочинение с яркими партиями обоих инструментов, сочетание которых известно по Концертной симфонии К. Диттерсдорфа, прозвучало легко и непринужденно, с истинной дуэтностью и слиянием тембров. Артисты тонко почувствовали и выявили присущие музыке простодушие, наивную радость.

Мягким, красивым звучанием отличалось исполнение Азархиным «Колыбельной» из сюиты «Пер Гюнт» Грига, Романса из музыки к кинофильму «Поручик Киже» Прокофьева, Арии Е. Светланова.

Вечер контрабасиста в целом вновь подтвердил его виртуозное владение инструментом. Однако, говоря о художественной значимости концертной деятельности этого исполнителя в целом, хочется сосредоточить внимание на собственно музыкальных впечатлениях. В немалой степени они зависят от того, насколько точно сам артист оценивает природу и художественные возможности контрабаса, какие принци-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Контрабас — solo

Содержание