Выпуск № 7 (452) | 1976 - страница 22

ки ⁵. Правда, композитор избрал нелегкий творческий путь. Формирование его художественного мышления происходит на основе активного преломления и обогащения традиций «кучкистов» и таких советских композиторов, как С. Прокофьев, Т. Хренников, А. Эшпай, Р. Щедрин. Однако подобная многоликость стилевых истоков обусловит истинно индивидуальную лексику лишь в результате глубоко самобытного их осмысления, «переплавки» и органичного подчинения свежим творческим задачам. К сожалению, Ставонину это еще не всегда удается.

Все высказанные нами критические суждения, разумеется, не могут быть отброшены при исследовании художественной ценности Четвертой симфонии. Но они не могут заслонить и зримых достоинств сочинения. Обратившись к значительной гражданской теме, талантливый композитор пользуется поэтической многозначностью, прибегает к широким ассоциативным связям, допускающим большой простор для слушательского восприятия, пытается раскрыть сложную симфоническую идею разнообразными средствами композиторской техники.

*

Советские художники находят все новые ракурсы преломления такой ответственной темы, как борьба и победа нашего народа в Великой Отечественной войне. Свидетельство тому — один из последних сборников стихов А. Жигулина ⁶, ставших основой вокально-симфонического цикла М. Зайчикова. Внешняя простота формы стиха, значительность идейно-смысловых ассоциаций и яркая гражданственная направленность — все это оказалось чрезвычайно близким творческой и человеческой натуре композитора.

Главный носитель образности в цикле — вокальная партия. Отталкиваясь от текста, Зайчиков, кропотливо и тщательно работавший над интонацией, стремился достичь художественно оправданной экспрессии. Существенный фактор выразительности в цикле — и оркестровая палитра: прозрачная, чистая по тембрам, насыщенная рельефными контурами. Ладоинтонационная и тонально-гармоническая сферы музыкального языка композитора включают довольно широкий круг новейших технологических приемов, в том числе элементы сонористики и серийной техники. Но диссонирующие вертикали — а их в музыке немало — всегда находятся у автора под четким тональным контролем и имеют ясные идейно-содержательные предпосылки. Эта важная особенность стилистики даже в моменты острых кульминаций наделяет музыку эмоциональным самообладанием, сдержанным и благородным чувством.

В цикле пять частей, которые объединяются в два неравных по объему раздела: первый — три начальные части, второй — четвертая. Финал выполняет функцию коды. При этом Зайчиков связывает все части общностью тематических элементов, что способствует единству музыкально-поэтического содержания цикла.

«Утиные дворики» — взволнованное повествование о бедах, которые принесла война русской деревне. Открывает его хорал — своеобразный музыкальный символ народного страдания, который цементирует весь первый раздел цикла:

Фонический эффект, достигаемый здесь с помощью сонорных средств, отнюдь не главное в хорале; ясно очерченный мелодизм делает его очень объемным и запоминающимся.

Естественно, «степенно», с захватом все большего звукового пространства излагается партия солиста. В ее выразительной линии композитор развивает острую интонацию уменьшенной октавы. Появляющиеся далее «эмоциональные всплески» в поэтическом тексте («вдовья беда...») Зайчиков чутко фиксирует и углубляет усилением интонационной экспрессии, в частности использованием в оркестре опосредованных оборотов русского народного плача-причета.

Вторая часть, «Ржавые елки», — одна из самых ярких в цикле. С помощью лаконичной мелодической попевки в оркестровом сопровождении композитор раскрывает эмоциональный подтекст вокальной-поэтической линии:

Это — негромкий, но чистый голос неизбывной человеческой скорби, обращенный к светлой памяти всех не вернувшихся с войны; данный музыкальный образ драматически мощно прозвучит в унисонном изложении трех тромбонов в оркестровой кульминации цикла. Следующая часть, «Голубеет осеннее поле», в основном закрепляет настроение предшествующей (обращает на себя внимание обусловленное поэтическим текстом тактичное применение двенадцатизвукового кластера). Пожалуй, единственное соображение, которое хотелось бы здесь высказать автору, заключается в следующем: недостаточная контрастность избранных им стихов вызвала некоторую одноплановость образного строя первого раздела цикла в целом. Это особенно ощущается в гармонической и динамической однотипности концовок всех трех частей.

Четвертая часть, «Гулко эхо от ранних шагов», составляет музыкально-поэтический противовес первому

_________

⁵ Критика уже справедливо отмечала, что известной эклектичности музыкального языка композитор не избежал и в предшествующем своем ярком и бесспорно удачном крупном сочинении — опере «Олеко Дундич»

⁶ См.: А. Жигулин. Прозрачные дни. М., «Советский писатель», 1970.

разделу; она утверждает необоримость жизненных сил советского человека и природы. Постепенно насыщая экспрессией вокальную и инструментальную партии (высокие регистры у солиста, острые звуковые комплексы в оркестре), композитор подводит развитие к кульминации всего цикла. Развернутая оркестровая фреска воспринимается особенно драматично, благодаря «тематической концентрации»; она соединена прочными интонационными арками с предшествующими частями и вместе с тем предвосхищает музыкальный образ, завершающий сочинение. Естественной эмоциональной разрядкой после кульминации представляется строгая диатоника мелодии солиста, призванной воссоздать величественный образ родной страны:

К сожалению, художественные достоинства четвертой части не в состоянии полностью уничтожить некоторую диспропорциональность разделов цикла. Это и привело автора к намерению дописать весомое оркестровое вступление к данной части, которое должно помочь достигнуть «идейно-образной симметрии» сочинения.

Пятая часть, «О, Родина!», — кода цикла. Ее музыка сдержанна, проникновенна, эмоционально наполненна. Звучание открытых струн смычковых инструментов, серебристые переборы челесты на фоне легких пассажей деревянных и glissando арфы создают атмосферу душевного равновесия, покоя. И лишь однажды на обжигающие слова «и ржавый крест на колокольне, и низкий холмик со звездой» Зайчиков вводит резкое политональное сочетание.

В делах, мыслях, радостях и бедах своего народа черпает советский человек душевную гармонию, обретает смысл жизни — таков идейный вывод всей композиции, такова общественная позиция авторов цикла.

Премьера вокально-симфонической поэмы Зайчикова состоялась в Горьком, в одном из концертов объединенного пленума Правлений Союза композиторов РСФСР и Всероссийского хорового общества (исполнители — Академический симфонический оркестр Московской филармонии, дирижер М. Кажлаев, солист М. Орешечкин). Цикл привлек внимание слушателей значительностью темы, попыткой оригинального ее раскрытия, мягким лирическим, почти интимным складом музыки.

Одновременно реальное звучание сочинения обнаружило указанные нами недостатки, выявило и некоторые другие просчеты композитора, что, естественно, не прошло мимо внимания критики: нельзя давать подряд так много медленной музыки; необходимы внутри цикла более четкие контрасты; пожалуй, нужна правка одного-двух эпизодов партитуры, где солиста явно заглушает оркестр ⁷; по ряду объективных причин не все удалось и исполнителям (по сути дела у дирижера была лишь одна репетиция с солистами в день концерта).

Все эти соображения побудили А. Медведева за «круглым столом» горьковского пленума, а несколько позже И. Лихачеву в статье «Музыка — душа эпохи» (газета «Советская Россия» от 10 декабря 1974 года) отнести новую работу воронежского композитора в разряд неудавшихся. Полностью признавая право каждого музыканта на свою точку зрения и критические оценки, позволю себе все же с ними не согласиться. Я уверен, что если бы уважаемые коллеги познакомились с партитурой сочинения, то тогда, наряду с недостатками, они, несомненно, обнаружили бы немалые художественные достоинства музыки цикла во многих своих фрагментах привлекающего убедительностью художественного решения актуальной темы.

*

При всех отмеченных просчетах, Четвертая симфония Ставонина и поэма «О, Родина!» Зайчикова представляют собой сочинения в полном смысле слова современные и гражданственные. Используя образное выражение Б. Асафьева, можно сказать, что в них есть прочная «зацепка за время» и острая социальная направленность. Как известно, эти черты — важнейшие для художественного творчества и, скажем прямо, не столь уж часто встречающиеся.

_________

⁷ В процессе дальнейшей работы над сочинением М. Зайчиков дописал развернутое, обостряющее контраст оркестровое вступление к четвертой части, внес некоторые коррективы в уже написанную партитуру. 17 января с. г., в одном из концертов IX пленума Воронежского композиторской организации, посвященного XXV съезду КПСС, вокально-симфоническая поэма «О, Родина!» прозвучала еще более весомо и художественно впечатляюще. Дирижер В. Вербицкий. Солист М. Орешечкин.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

*

*

Содержание