МУЗЫКАЛЬНЫЙ ТЕАТР

Лучшим национальным операм — всесоюзную аудиторию

Обсуждаем проблемы советского оперного репертуара

Редакция журнала «Советская музыка» совместно с Украинским театральным обществом организовала и провела в Киеве дискуссию на тему «Из опыта интерпретации произведений композиторов братских республик». Проведение подобной дискуссии было стимулировано прежде всего изобилием «обменных» постановок сочинений композиторов национальных республик в тот год, когда отмечалось 50-летие образования СССР. Назовем хотя бы «Не только любовь» Р. Щедрина в Вильнюсе и «Арцваберд» А. Бабаева в Казани, «В бурю» Т. Хренникова в Душанбе и «Крушение» Г. Арменяна в Перми, «Миндию» О. Тактакишвили в Минске, Ереване и Тарту и «Алмаст» А. Спендиарова в Новосибирске, «Даиси» З. Палиашвили в Харькове и Свердловске, «Каменного властелина» В. Губаренко в Ашхабаде...

Непосредственным материалом для дискуссии послужила постановка «Абесалома и Этери» З. Палиашвили в Киевском театре оперы и балета имени Т. Г. Шевченко. Выбор этот объяснялся несколькими причинами. Прежде всего, названный спектакль получил в целом высокую оценку общественности (см., например, в нашем журнале № 12 за 1972 год статью Н. Микоян «“Абесалом и Этери” в Киеве»), Далее: спектакль осуществил один из ведущих коллективов страны. Кроме того, легшая в основу спектакля классическая партитура грузинского композитора позволяла вести разговор вокруг собственно интерпретаторских проблем.

В киевской встрече приняли участие в основном украинские и грузинские режиссеры, дирижеры и музыковеды. Предлагаем вниманию читателей содержание прошедшей дискуссии в сокращенном изложении.

О воздействии многонациональной советской музыки на украинскую говорил председатель комиссии музыкального театра УТО Ю. Станишевский (Киев). Музыка народов нашей страны являлась и является неисчерпаемым источником новых красок и форм, которые, входя в русло национальной художественной традиции, рождают новое качество. Примеры такого взаимодействия на Украине относятся уже к первым годам Советской власти, когда на республиканской сцене зазвучали «Орлиный бунт» А. Пащенко, «Северный ветер» Л. Книппера, позднее — «В бурю» Т. Хренникова, «Броненосец «Потемкин» О. Чишко. Первыми шагами на пути освоения многонационального репертуара были поста-

новки опер З. Палиашвили на Украине и параллельно оперы «Тарас Бульба» Н. Лысенко в Тбилиси. В 30-е годы в этом процессе значительную роль сыграли такие деятели украинского театра, как М. Гришко, З. Гайдай, режиссеры И. Лапицкий, В. Лосский, Н. Смолич, С. Масловская и другие.

В послевоенные годы на украинской сцене зазвучали «Война и мир» С. Прокофьева, «Катерина Измайлова» Д. Шостаковича, «Укрощение строптивой» В. Шебалина (Киев), затем оперы Э. Тамберга «Железный дом» (Львов), Т. Хренникова «В бурю» (Киев) и «Безродный зять» (Харьков), Э. Арутюняна «Капля меда» (Донецк), Б. Кравченко «Жестокость» и «Лейтенант Шмидт» (Одесса)... Сегодня уже очевидно, что постановки последних лет несут в себе нечто принципиально новое, отличное от предвоенных спектаклей. В частности, они, может быть, менее точны этнографически, но более обобщенно раскрывают сущность психологии, характер мышления народа.

Сходную мысль выразил А. Цулукидзе (Тбилиси). Если в 1931 году, отметил он, на сцене Харьковского театра оперы и балета спектакль «Абесалом и Этери» был осуществлен в основном силами грузинских мастеров (в постановке принимал участие сам композитор), то на сей раз опера была решена в Киеве только украинскими музыкантами, самостоятельно интерпретировавшими столь характерно национальное произведение, опирающееся на обряды, быт и национальные обычаи грузинского народа. Разве не свидетельствует это об углублении взаимоотношений наших культур, о возросшем интересе к художественному мышлению братского народа!

Сотрудник грузинского журнала «Сабчота хеловнеба» («Советское искусство») М. Ахметели дополнила выступление А. Цулукидзе ссылкой на все более расширяющуюся «географию» постановок опер таких композиторов, как, например, З. Палиашвили и О. Тактакишвили. Только за последние годы, — сказала она, — их музыка зазвучала на сценах театров Украины, Белоруссии, Эстонии, Москвы, Свердловска, Ленинграда... Эти факты обязывают нас более пристально изучать такие спектакли. Нужно научиться выявлять их принципиально новые черты.

Настал этап, подчеркнула и Т. Булат (Киев), когда от накопления фактического материала нужно переходить к более глубокому его осмыслению. Это, прежде всего, поможет обнаружить те глубинные художественные связи, на основе которых будет осуществляться дальнейшее взаимодействие братских культур народов нашей страны.

Однако процесс такого познания, углубления связей сложен, тонок и пока что далеко не во всем ясен, отметил главный дирижер Львовского оперного театра Ю. Луцив. Любопытное наблюдение: в юбилейном году два (из пяти) украинских театра оперы и балета обратились к постановкам партитур грузинских композиторов («Абесалом и Этери» в Киеве и «Даиси» в Харькове): Можно еще вспомнить и о том, что у наших соседей — в Белорусском театре оперы и балета — поставлена опера О. Тактакишвили «Миндия». Складывается впечатление, что дирижеры и режиссеры интуитивно избирают сегодня произведения, в чем-то особо близкие себе, искусству своей родной республики. Но есть здесь и совсем еще непознанные «каналы контактов». В связи с этим Ю. Луцив вспомнил об опыте работы над партитурой эстонского композитора Э. Тамберга «Железный дом». Специфика этой музыки, ее своеобразное эпическое спокойствие и созерцательность составляли основную трудность — и для исполнителей, и для слушателей. Новым, необычным показался и сам тип тамберговской драматургии. Таким образом, одна из задач практиков и теоретиков на современном этапе — найти и понять основные интонационно-смысловые «точки соприкосновения» в творчестве композиторов, принадлежащих к различным национальным культурам. Например, во взаимоотношении украинской исполнительской и эстонской композиторской культур — свои проблемы: во взаимоотношениях — еще один пример! — украинской и азербайджанской вокальных школ, — совсем другие. Кстати, видимо, нам надо настойчивее искать упомянутые новые «каналы контактов». Мы, сказал Ю. Луцив, с удовольствием ставили бы на наших подмостках партитуры азербайджанских мастеров. Их музыка, без сомнения, внесет какие-то новые краски в украинское исполнительство, но пока что этому препятствует, кажется, та специфическая национальная манера пения, с учетом которой пишутся многие из этих партитур и которая не свойственна нашим певцам. А все же я уверен: многое в операх азербайджанских композиторов будет интересно украинским артистам и украинским любителям музыки, хотя азербайджанская и украинская культуры не имеют таких традиционных связей, какие наблюдаются, как уже говорилось, во взаимоотношениях мастеров искусств Украины и Грузии.

Каждый великий музыкант, опираясь на искусство своего народа, создавал произведения, выходящие за пределы культуры только данной республики, края, страны, подчеркнула заведующая отделом журнала «Советская му-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

МУЗЫКАЛЬНЫЙ ТЕАТР

Лучшим национальным операм — всесоюзную аудиторию

Обсуждаем проблемы советского оперного репертуара

Содержание