Выпуск № 12 (397) | 1971 - страница 70

Это было в конце прошлого столетия. И оба артиста только начинали свою карьеру...

Затем заговорили о самом больном вопросе сегодняшнего дня — театральном кризисе. Шаляпин подошел к этому вопросу с неожиданной стороны. Его больше всего тревожила не конкуренция кино, а отсутствие крупных артистических индивидуальностей.

Одна из последних фотографий Ф. Шаляпина

— Вопрос не о таланте, — начал он. — Что такое талант? Это не то, чему можно научить. В ребенке, играющем с игрушками, или в пастухе, пасущем коз, может дремать большой художник или великий артист. Рано или поздно он пробьет скорлупу и проявит себя. Однако при определенных условиях. Способная молодежь есть, но ее нужно выучить, нужны школа и сценический опыт. А экономические условия жизни сложились так, что каждый рвется к тому, чтобы побыстрее играть первые роли Но за счет этого страдает искусство, потому что таким образом создаются посредственности. Вот почему падает интерес к театру.

Бесспорно, этому способствует и появление звукового фильма. Но я последнему не придаю большого значения. Кино никогда не заменит театра, как и фотография — картину, созданную художником. Живой актер всегда будет больше волновать пубпику, чем его изображение на киноленте. В этом смысле рамки кинотворчества ограничены.

Мне предлагали участвовать в двух фильмах-операх. Я не принял этого предложения. Дело тут, разумеется, не в недостаточном гонораре, как пишут газеты. Просто я не верю, что на экране будет хорошо. И так необходим большой талант, чтобы в опере не было скучно. А перенесенная на экран опера может стать еще скучнее...

Кроме того, — продолжал Шаляпин, — необходимо, чтобы театры и концерты стали дешевле и могли бы своей доступностью противостоять кино. Но как это сделать?

Меня упрекают, что мои гонорары непомерно велики. Но эти господа забывают, что я певец, а не механический инструмент, который не испортится, сколько бы на нем ни играть. Я не могу спеть больше шестидесяти – семидесяти концертов в год. Кроме того, я должен подумать о своем огромном семействе и о других людях, которых я поддерживаю, потому что в

свое время они были добры ко мне. Приходится подумывать и о черных днях, когда я уже не в состоянии буду петь.

Когда я впервые пел в Стокгольме "Бориса Годунова", помню, директор театра сказал мне: "Знаете ли, господин Шаляпин, вам надо было бы остаться у нас не на два-три дня, а на десять, чтобы вы дали еще ряд спектаклей. Это будет полезно для артистов и даст большое наслаждение для нашей публики. Но материальные условия контракта для нас тяжелы. Следовало бы государственным театрам всей Европы создать нечто вроде лиги и общими усилиями полностью обеспечить вам все условия для жизни и творчества. А вы бы только объезжали мир, давали своим пением наглядные практические уроки и приобщали зрителей к великому искусству".

Дружеская встреча с болгарскими артистами. Слева направо: певцы М. Малкова-Золотович, Ф. Шаляпин, П. Золотович, И. Мечхаров, дирижер М. Златин

Прекрасная идея! И если бы это могло осуществиться, я был бы спокоен и удовольствовался суммой скромнее, чем зарабатываю сейчас.

...Потом мы дошли до вопроса о праве дирижера и режиссера отступать от партитуры, делать какие-либо сокращения.

— Вы и сами, Федор Иванович, допускаете в своем исполнении свободное отношение к творчеству композитора.

— Нет, извините, — горячо возразил Шаляпин. — Я строго придерживаюсь партитуры. Но, видите ли, в чем состоит работа интерпретатора — певец ли он или режиссер. Вот вам дают четыре спички, которые легко укладываются в квадрат. А вам надобно то же число спичек расположить, к примеру, — может быть, не очень удачному — в форме треугольника. Это нелегкая работа, она требует умения, мастерства, воображения. А если просто взять и выбросить одну спичку — это уже не искусство! В пределах партитуры найти творческое решение — это одно. А вырезать все, что не отвечает задуманной концепции, — не дело.

Я не могу согласиться и с той большой ролью, которую приписывают сегодня так называемой "постановке". Декорации, свет и т. п. — хорошо. Я сам люблю хороших театральных художников. Но все это должно играть вспомогательную роль для творчества актера, настраивать его в должном направлении. Если же декорации так ярки, что затмевают артистов, они отвлекут внимание слушателя и он потеряет самое главное в опере. Я спрашиваю, что же здесь хорошего?»

7 февраля 1932 года «Литературный голос» под заголовком «Настоящий лик Шаляпина» перепечатывает интервью артиста, взятое у него во Франции известным писателем Габриэлем Бернардом. Шаляпин много рассказывал Бернарду о Горьком¹, о строгости писателя к самому се-

_________

¹ С искренним восхищением говорил Шаляпин: «Есть целая серия сочинений Горького, почти неизвестных русским читателям и совершенно неподозреваемых иностранной публикой, например его стихотворные сочинения. Но только бы вы знали, до какой высоты лиризма поднимался этот реалист!»

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Одна из последних фотографий Ф. Шаляпина

Дружеская встреча с болгарскими артистами. Слева направо: певцы М. Малкова-Золотович, Ф. Шаляпин, П. Золотович, И. Мечхаров, дирижер М. Златин

Содержание