Выпуск № 10 (395) | 1971 - страница 42

дружестве с Н. Логачевым — стремились прежде всего динамизировать спектакль. С этой целью был сокращен ряд эпизодов, в основном танцы, обрядовые сцены, второстепенные ансамбли. Четырехактная опера превратилась в трехактную, действие стало более напряженным, но и более ясным, национальный колорит оказался более концентрированным. Коренное изменение претерпело большинство мизансцен. В новой редакции с предельной четкостью выявлена главная идея оперы — прославление силы и мудрости народа, воспевание его героя. Если в первом варианте все внимание было обращено на массовые эпизоды, то теперь режиссеры стремились к большей индивидуализации характеров отдельных персонажей. Успешно выполнить эту задачу им помогли артисты театра, пополнившего за последние годы свою труппу талантливой молодежью. (Достаточно сказать, что в новом спектакле был обеспечен почти целиком тройной состав национальных исполнителей заглавных ролей.)

Подлинным героем спектакля стал молодой одаренный певец, лауреат Всесоюзного конкурса вокалистов имени Глинки Дугаржап Дашиев. Партия Энхэ словно специально написана в расчете на его голос и сценические данные. Энхэ Дашиева героичен, пылок, внешне эффектен. Артист стремится подчеркнуть его национальную характерность и в жестах, в мимике. Радует и постоянно растущее богатство оттенков в певческом искусстве певца. Особенно запомнилось его проникновенное sotto voce.

Вновь подтвердил свое высокое мастерство Лхасаран Линховоин, исполнивший партию жестокого Бумал-хана. Этот персонаж у Линховоина — не из тех традиционных оперных «злодеев», которых мы немало перевидали в национальных спектаклях (именно таким был Бумал-хан в спектакле 1940 года в исполнении Б. Балдакова, обладавшего голосом изумительной красоты). Артист создал глубокий и многогранный образ, в котором тщеславие, хитрость, жестокость сочетаются с сентиментальностью. Разнообразную гамму сложных чувств — от отчаяния до дикой ярости — великолепно передает артист в сцене с футляром от серебряного меча. Умение глубоко проникнуть в существо музыкально-художественного образа, точность внешнего рисунка роли, выразительность вокализации — эти качества Л. Лин-

Бумал-хан — Л. Линховоин, Энхэ — Д. Дашиев

ховоина вновь порадовали почитателей его большого таланта.

Партия прекрасной Арюн-Гохон, пожалуй, наиболее «песенная» — в ее основе подлинные народные темы, отличающиеся широтой и мелодической яркостью. В спектакле 1940 года эту партию очень лирично, с большим душевным теплом пела талантливая бурятская певица Надежда Петрова. Нынешняя исполнительница роли Арюн-Гохон Клара Иванова присоединила к трогательно-поэтическим качествам своей героини и героические черты.

Тщательно продуманы в спектакле и сценические рисунки второстепенных персонажей. Ярко характерные образы создали С. Раднаев (Эрхэ-Мэргэн), А. Арсаланов (Сказитель), Р. Андронова и Н. Стрекунов (шаманы), Г. Тушемилов (Солбон-батор), К. Миткинов (Дархан).

Красочные танцы, поставленные в 1940 году И. Моисеевым, возобновлены Ц. Бадмаевым. Сегодня мы можем сказать, что в свое время эти сцены положили начало бурятскому балету.

Декорации художника А. Тимина, участника Первой бурятской декады, выполнены в реалистической манере и воссоздают поэтичные пейзажи республики.

Нельзя не отметить и костюмы, часть которых сохранилась еще от постановки 1940 года. В. них использованы образцы подлинного творчества народных мастеров. Таковы, например, великолепные металлические чеканные украшения на костюме Бумал-хана, представляющие собой уникальное произведение народного прикладного искусства.

Музыкальный руководитель спектакля А. Арсаланов — одаренный, растущий музыкант, очень требовательный к себе и к труппе. Он проделал большую и очень тщательную работу, в результате которой общий музыкальный уровень спектакля, звучание оркестра и хора (хормейстеры В. Мамизеров и Л. Пикалова) производят хорошее впечатление. Впрочем, порой хочется пожелать дирижеру большей энергии и темперамента — отдельные эпизоды оперы, например «мускулистая» музыка увертюры, звучат несколько вяло, без должных контрастов.

Если говорить о недостатках спектакля, то надо отметить малочисленность состава хора и миманса (но тут не вина коллектива, а скорее его беда). Этот состав сохранился еще с тех далеких времен, когда театр был музыкально-драматическим. Уже более двадцати лет он называется оперным, но до сих пор «задыхается» от ограниченности штатов. К сожалению, по той же причине пришлось сократить впечатляющее по музыке «шествие баторов» (в постановке 1940 года в нем участвовало около трехсот человек).

В целом же спектакль получился отличный. И нельзя не присоединиться к словам, сказанным в печатной программке к нему: «Шедевр бурятской советской национальной оперной драматургии «Энхэ — Булат-батор» должен быть постоянно в репертуаре Бурятского театра оперы и балета».

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Бумал-хан — Л. Линховоин, Энхэ — Д. Дашиев

Содержание