Выпуск № 10 (431) | 1974 - страница 45

Б. Асафьев, С. Прокофьев и П. Ламм в Швейцарии (1928 год)

дакции, инструментовки, корректуры и т. п.). Главное же, постарел, потерял силы, и что обидно — это при прежней остроте и живости мысли. Привет вам, дорогой. Привет супруге, хотя и не знаю ее.

Ваш Б. Асафьев

33.

Детское Село, 1931.VIII.16.

Дорогой Александр Петрович!

Ваше большое письмо получил. Спасибо за добрые и ласковые оценки моей персоны. Как только достану что-л[ибо] из моих книг, пошлю вам. К сожалению, вряд ли удастся послать Русскую музыку ¹. Разошлись, и даже авторских я не имел. Кажется, я посылал Гандшину ². Попросите его, не одолжит ли он вам на прочтение. <...>

Я так запустил свои дела и свою корреспонденцию, что могу уделить друзьям очень мало слов. Главное же, усталость, противная физическая лень. Хочешь, не хочешь, а отдыхай. Теперь маленькое дело: Directeur de la Revue Tempo <...> прислал мне письмо с просьбой о статье (I’état actuel de la musique en Russie ³ —4 on 5 pages). Он просит статью bientôt *. Но, во-первых, я давно ничего не пишу, во-вторых, нездоровится, в-третьих, у нас так много сейчас замечательного в области музыки, если говорить о муз[ыкальном] движении в целом, а не об отдельных лицах, что надо долго думать, чтобы сделать статью понятной для Запада (ой, какая бездна между!) и легкочитаемой. Словом, если можете, позвоните m. Directeur’y, скажите пару любезных слов и что я при первой возможности, как только буду себя лучше чувствовать, попробую сделать статью, но только не bientôt. Отказать Tempo я не могу, ибо они который год высылают мне gratis ** журнал ***.

Ваш Б. Асафьев

P. S. Новый адрес: Детское Село, Октябрьский бульвар, д. 59, кв. 2.

_________

* bientôt (франц.) — скоро.

** gratis (франц.) — бесплатно, даром.

*** А вот «нотины» чешской они так ни одной и не прислали, и все их имена звучат для меня впустую! (Прим. Б. Асафьева.)

34.

[Детское Село], 1931.XI.9.

Дорогой Александр Петрович!

<...> Лучший и единственный муз[ыкальный] журнал у нас — это «Пролетарский музыкант» ¹ Если вы с ним знакомы, то больше нечего посылать. Если не знакомы, — могу послать вам отдельные номера.

Что за опера «Якобинцы» Дворжака? ² Не мечтаю получить клавир, ибо купить его вам не по карману, но очень был бы вам благодарен, если бы вы узнали сюжет и сжато мне рассказали бы. <...>

Чувствую себя сносно. Поэтому работаю с утра до ночи, а иногда и ночью. Книг пока не пишу. Но, вероятно, скоро закончу работу о Верди ³. Музгиз торопит.

Новых особенно ярких композиторов — нет. Но музыкальное массовое движение за пролетарскую музыку очень сильно и убедительно. Это колоссальное по размаху и по значению движение, в сущности, главная тема нашей муз[ыкальной] жизни.

Пржигоду ⁴ не слышал. Друзья, к[отор]ым верю, говорили о нем то же, что и вы. Пустота, салонщина, сногсшибательная виртуозность, содержание — нуль. Классиков играет из рук вон плохо. <...>

Диссертация о Мусоргском («Иванова ночь») не напечатана и не будет ⁵. Это скорее узкоформальная, описательная статья, чем попытка осознать оркестровый стиль Мусоргского. Об оркестре авторской редакции «Бориса» есть моя статья в сборнике, посвященном Мусоргскому ⁶. Kоe-что в ней есть, но в общем я недоволен. Сейчас у нас разучивают «Сорочинскую ярмарку» со вставленной на свое место «Ночью» (III акт, Сон парубка). Опера замечательно закончена Шебалиным, с полным уважением к Мусоргскому. Швы и дополнения сделаны виртуозно — не заметить где. Нежный привет вам и супруге. Наши присоединяются.

Б. Асафьев

35.

Детское Село, 1932.II.3.

Дорогой Александр Петрович!

Получил в[ашу] сонату. Проглядел. Очень интересно; и в отношении материала, и в отношении конструкции. Не могу сейчас вникнуть в нее подробно, т[ак] к[ак] простудился и хвораю, а в дальнейшем предстоит трудная работа: в месяц придется инструментовать балет ¹. Балет в 4 актах, задуман как муз[ыкально]-исторический роман на муз[ыкальном] языке эпохи франц[узской] революции. Особенно нового, яркого я ничего не нашел. Да это и неважно было для меня. Важна самая компоновка и метод (в сущности, литературный) обращения с материалом музыкальным как с историческими документами. Эта работа увлекла меня, п[отому] что здесь я соединил свои особенности как историк, музыковед и композитор. Теперь осталась только инструментовка.

Книгу «Русская музыка» достать не мог, она разошлась еще осенью 1930 года. Я думаю, что вам может ее прислать на прочтение Гандшин (или Малько ², или Прокофьев, или Друскин — он в Берлине). Всем им я посылал книгу. <...> То, что вы пишете о деятельности Лапшина ³, отсюда выглядит (т[о] е[сть] его деятельность) просто смешным и нелепым, точно это происходит даже еще до «Музыкального современника», лет этак 25 назад!! Увы, он остался верен себе: т[о] е[сть] просто глуп. Хорош авторитет и — бедная русская музыка?! Вероятно, речь его сыпется, как горох, цитатами из самых разноречивых статей и книг. Тем самым создается впечатление учености. Но всегда это было творчески не осмысленным. Сердечный привет вам и жене. Пишите. Всегда рад вашим весточкам, и если сам редко пишу, то — от постарелости, болезненности и вечной спешки, в которой живу. Наши кланяются.

Ваш Б. Асафьев <...>

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Б. Асафьев, С. Прокофьев и П. Ламм в Швейцарии (1928 год)

Содержание