ходим у Бартока в Шестом квартете, с его в высшей степени мастерским, подлинно диалектическим развитием основной темы. Что касается Яначека, то его сближает со Сметаной стремление внести программность в квартетную музыку. Особо показателен Второй квартет («Интимные письма»), с его лирическим пафосом, неожиданностью контрастов и тематических сопоставлений.

Можно проследить и другие влияния сметановских идей в музыке нашего века. Но самое главное — ее жизненность. Сметана прошел по трудному пути, полному испытаний, творя для народа и твердо веря в его грядущее освобождение. Этот день пришел — родная страна композитора сбросила многовековое иго, обрела свободу. Высшим признанием значения творчества композитора является то, что его голос продолжает звучать для тех, кто строит будущее. Трудно сказать о значении творчества Сметаны для современности лучше, чем это сделал Зденек Неедлы: «Мы хотим и впредь идти по пути, указанному нам Сметаной, за новыми идеалами нашего народа, так же, как и Сметана шел за идеалами своего времени, не только гармонирующими с нашими современными стремлениями, но и ставшими их основой и опорой. Итак, во имя Сметаны и его искусства — вперед! К новому светлому будущему нашего народа, нашей культуры, нашего искусства!»

Слушая музыку «Проданной невесты», симфонических поэм «Моя Родина» и других лучших произведений Сметаны, мы вновь убеждаемся в справедливости этих слов и, вместе с братскими народами Чехословакии, воздаем славу великому композитору, который дорог и нам.

Я. Сорокер

О. Яцкив

Достойный изучения и популяризации

История знает художников и ученых, чье творчество обогатило духовную сокровищницу нескольких народов. К таковым относится и Евсевий Мандычевский — музыковед, педагог, композитор, оставивший заметный след в европейской музыкальной культуре рубежа последних двух столетий.

Мандычевский родился 17 (записан 18-го) августа 1857 года в селе Молодия, Черновицкого уезда (ныне Черновицкая область Украинской ССР) в украинской семье. В доме царила культурная атмосфера; под руководством отца, священника, все восемь детей (кроме Евсевия, Екатерина и Георгий Мандычевские стали музыкантами-профессионалами) подолгу музицировали.

По совету брата матери, профессора истории Евсевия Поповича, мальчик, нареченный в честь дяди, начинает всерьез заниматься музыкой у известного украинского писателя и композитора Исидора Воробкевича по музыкально-теоретическим предметам (у него же получил первоначальное образование классик румынской музыки Чиприан Порумбеску) и у Адальберта (Войтеха) Гржимали — директора местной консерватории — по скрипке. В 16-летнем возрасте Мандычевский дирижирует в Черновицком филармоническом обществе кантатой собственного сочинения.

Спустя два года — окончание лицея, отъезд в Вену и поступление на философский факультет университета с отделениями германистики и истории искусств. Но знакомство с Брамсом, перешедшее в тесную дружбу (об этом еще пойдет речь), побудило юношу всецело посвятить себя музыке. Он проходит школу таких педагогов, как Эдуард Ганслик, Роберт Фукс, Мартин Густав Ноттебом. Член комиссии по выдаче стипендий учащимся Иоганнес Брамс писал в 1879 году своим коллегам по той же комиссии К. Гольдмарку и Э. Ганслику (очевидно, сравнивая Мандычевского с другими соискателями стипендии): «Гораздо более достойным похвалы я считаю Мандычевского, чьи работы истинно отрадны. Они <...> свидетельствуют не только о <...> значительном, равномерном и уверенном прогрессе в учебе, но и о развитии его таланта, в чем мы прежде порой сомневались. Теперешние его сочинения настолько превосходят предыдущие, что мы склонны похвалить все, что в подобных случаях рассматривается и экзаменуется. Следует заметить, что Мандычевский усердно овладевает и другими науками <...>»¹.

Квартира, которую занимал Мандычевский в Вене, была местом сбора буковинского землячества. Сюда приходили живописец Эпаминондос Бучевский, Чиприан Порумбеску. Мандычевского призывают в армию, но вскоре (после похода в Боснию) демобилизуют, благодаря хлопотам Е. Поповича.

Поистине неисчерпаемая энергия, блеск ума, ненасытная жажда творчества, широта интересов отличают Мандычевского в период его зрелости. Он завоевывает славу одного из наиболее эрудированных и авторитет-

_________

¹ Цит. по ст.: Karl Geilinger. Johannes Brahms im Briefwechsel mit Eusebius Mandyczewski. «Zeitschrlft für Musikwissenschaft», 1933, Mai, S. 337.

Далее ссылки на это издание даются сокращенно — К. Гейрингер. Переводы с немецкого и румынского осуществлены авторами настоящей статьи.

Е. Мандычевский

ных музыкальных деятелей Вены, занимает посты хранителя-архивариуса и библиотекаря Венского общества любителей музыки (с 1887 года, после смерти К. Ф. Поля, известного музыковеда, исследователя Гайдна, занимавшего эту должность много лет), одно время (1898−1899 годы) президента Союза композиторов, с 1896 года — профессора Венской консерватории (впоследствии переименованной в Akademie für Musik und darstellende Kunst). Он — организатор и дирижер хоровых коллективов и оркестров. Мандычевский среди немногих удостаивается звания почетного гражданина города Вены и доктора (sine examine) Лейпцигского университета (1897).

Жизненный путь Мандычевского закончился вблизи Вены, в Шульце, 13 июля 1929 года. Он похоронен в Вене.

*

Долголетняя, искренняя дружба связывала великого немецкого композитора Брамса с Мандычевским. Мы узнаем о ней из их переписки, частично опубликованной Карлом Гейрингером — известным биографом Брамса и преемником Мандычевского на посту хранителя библиотеки Общества любителей музыки. Гейрингер обнародовал 75 писем Брамса и 22 письма Мандычевского, охватывающие период с 30 октября 1882 по октябрь 1896 года. Переписка эта верно отражает процесс сближения двух, по-видимому, родственных натур и вскрывает многие черты их личностей. Брамс, как известно, был человеком, отнюдь не расположенным к случайным приятельским связям; его остроты, к тому же, нередко отпугивали поклонников и почитателей. Среди немногих, кто сумел завоевать его сердце, был Мандычевский.

Письма Мандычевского, опубликованные Гейрингером, как правило, большие по объему. Брамс же очень не любил писать писем², но охотно читал то, что он называл Plauderbriefe своего корреспондента. Почти все письма относятся к летним месяцам, когда Брамс отдыхал в курортном городе Ишль (реже — в Гмундене).

Порой за слегка ироничной формой, столь характерной для Брамса, скрывается искреннее чувство симпатии и расположения к Мандычевскому. Он называет юношу ласкательными именами — Манди, Себ, Сев, Сепперл и т. п. Некоторые письма шутливого характера написаны обоими корреспондентами в стихах, иной раз положенных на музыку самого Брамса...

Гейрингер в своих комментариях к письмам отмечает: «Брамс ценил в Мандычевском собранного, разносторонне — в словесности, равно как и в музыке — образованного художника, он хорошо чувствовал себя в обществе любезного, скромного, благосклонного к невинным шуткам юноши, и регулярно приглашал его на воскресные прогулки в Венский лес»³. Комментатор подчеркивает, что «Мандычевский был для Брамса олицетворением живой связи со старинной музыкой и, еще шире, с музыкальной наукой»⁴.

Мандычевский выполнял различные поручения своего старшего друга — от таких ответственных и почетных, как корректура переписанных и предназначенных для издания рукописей, и до покупки нотной бумаги. «Я желаю, — пишет Мандычевский 15 июля 1893 года, отсылая Брамсу очередную партию нотной бумаги, — чтобы у вас была надобность в еще большем ее количестве...»⁵.

«Брамс очень считался с мнением своего famulus’a, — продолжает Гейрингер. — Не только в языковых и музыкально-филологических вопросах прислушивался он к совету Мандычевского, но даже и в отношении собственного творчества он настоятельно требовал нелицеприятного приговора своего юного друга»⁶. К мнению Гейрингера присоединяются и другие биографы Брамса. Э. Красе отмечает, что «Мандычевский <...> был художником тонким и остроумным, обладающим изысканной музыкальной и филологической культурой, по

_________

²Он даже заказал в типографии (кстати, при посредстве того же Мандычевского) формуляр, содержащий текст извинения за невозможность, из-за отсутствия времени, отвечать на письма...

³ К. Гейрингер, с. 338.

⁴ Там же.

⁵ Там же, с. 358. Добавим, что Брамс, как известно, был коллекционером рукописей и Мандычевский помогал ему в приобретении многих редких экземпляров и в установлении их подлинности.

⁶ Там же, с. 338.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Я. Сорокер

О. Яцкив

Достойный изучения и популяризации

Е. Мандычевский

*

Содержание