Выпуск № 8 (405) | 1972 - страница 50

вы, встречаются наряду с рассматриваемой фантазией не только в названных Дюрром неоконченной Сонате C-dur (D. 613, апрель 1818 года) и в среднем разделе Andante Сонаты A-dur (D. 664, июль 1819 года), но, скажем, и во вторых частях сонат C-dur (D. 279, сентябрь 1815 года) и а-moll (D. 537, март 1817 года), в неоконченном Allegro fis-moll (D. 571, июль 1817 года) и т. д. ⁵. Сам способ записи таких фигураций обычно тот же, что и в занимающей нас фантазии — как правило, при басовом звуке стоит точка staccato, а следующие звуки фигуры связывает лига.

Можно было бы указать и на некоторые не названные Дюрром приемы фортепианного изложения в фантазии, которые пусть изредка, но встречаются в других сочинениях Шуберта. Скажем, перекрещивание рук применено им также в фрагменте Adagio C-dur (D. 349, 1816 год), в первых частях сонат Es-dur (D. 568, июнь 1817 года), H-dur (D. 575, август 1817 года) и H-dur (D. 575, август 1817 года), в фантазии «Скиталец» и в других сочинениях ⁶. Пассажи, входящие в состав мелодии, помимо уже названных выше Вариаций F-dur (D. 850, 1825 год) можно обнаружить во втором из первой серии экспромтов (D. 935, декабрь 1827 года), в первой из Трех фортепианных пьес («экспромтов», D. 946, май 1828 года).

Однако некоторые приемы изложения, использованные в фантазии, характерны только для нее. Так, ни в одном произведении Шуберта для фортепиано соло мы не найдем октавных форшлагов со скачками к изложенным в октаву же звукам (вторая тема первого раздела фантазии); не найдем и таких «разбитых» созвучий в обеих руках, как в тактах 114, 116 и 174–177 фантазии. Весьма необычным представляется и самое окончание фантазии хроматическим ниспаданием мелодии от V к I ступени ⁷.

Хотелось бы указать и на слишком большой для «привычного» Шуберта масштаб связующих построений, притом тематически нейтральных, основанных на «общих формах движения» — гаммообразных пассажах, арпеджио и т. п.

Возникает вопрос, насколько убедительны свидетельства того, что фантазия действительно была написана Шубертом? Ведь найден не автограф произведения, а лишь снятая переписчиком копия. На титульном листе фантазии имеется карандашная пометка Хюттенбреннера: «Оригинал я предоставил во временное пользование г-ну профессору Пиркерту, в этой копии отсутствует дата написания». Пианист Эдуард Пиркерт (1817–1881) был близким знакомым Хюттенбреннера. Очевидно, Пиркерт не возвратил ему оригинала фантазии. Вызывает некоторое удивление только то, что Хюттенбреннер отдал Пиркерту оригинал, а не снятую с него копию. И все же нельзя не согласиться с Дюрром, что указания Хюттенбреннера заслуживают доверия.

Хотя тип фортепианного изложения сближает фантазию с произведениями таких современников Шуберта, как Карл Мариа Вебер, Иоганн Непомук Гуммель, Фридрих Калькбреннер, Карл Черни и Ансельм Хюттенбреннер, шубертовского в ней все-таки больше, чем «инородного». Если все же допустить мысль, что фантазия принадлежит перу другого автора, то им скорее всего мог быть Ансельм Хюттенбреннер, на протяжении многих лет испытывавший сильное влияние Шуберта ⁸. Однако весьма сомнительно, что при снятии копии Йозеф Хюттенбреннер ошибочно обозначил произведение своего брата как шубертовское или, что еще менее правдоподобно, сделал это сознательно. Маловероятно, наконец, и то, что Шуберт скопировал произведение какого-то другого композитора, не проставив его фамилии, и что Хюттенбреннер счел это произведение шубертовским на основании хорошо знакомого ему почерка своего друга.

Таким образом, автором фантазии все-таки должен считаться Шуберт. Здесь уместно напомнить о необычайном богатстве и разнообразии его творчества, о том, что среди созданного им есть произведения разной значимости, разной впечатляющей силы (особенно в ранние годы творчества), разного склада, характера, стиля.

Остается рассмотреть вопрос о времени возникновения фантазии. К сожалению, биографические материалы не содержат на этот счет никаких прямых указаний. И все же один документ представляет для нас интерес. Это письмо примыкавшего к шубертовскому кружку любителя музыки Йозефа Допплера, датированное 8 октября 1818 года и обращенное к Шуберту. Автор письма передает композитору просьбу отца знаменитой юной пианистки Леопольдины Благетки сочинить виртуозную пьесу для его дочери: «...блестящее рондо или подобного же рода пьесу для фортепиано с сопровождением оркестра, которую упомянутая фрейлейн могла бы разучить и сыграть на академии еще этой зимой. Ты можешь применять трудности, скачки, пассажи или любые дьявольские штуки, делай что хочешь, исключая только октавные растяжения и тому подобное, что не подходит для ее руки» ⁹. Не была ли рассматриваемая нами фантазия пьесой, написанной Шубертом для Л. Благетки в 1818 году? Привлечение оркестра, по-видимому, не ставилось обязательным условием. Однако на ближайшем концерте Л. Благетки, состоявшемся 28 марта 1819 года, никакое сочинение Шуберта не исполнялось. Но, быть может, это объясняется тем, что композитор в созданном им сочинении вышел за пределы возможного для десятилетней тогда пианистки, широко применив, в частности, октавное изложение?

_________

⁵ D. 626, 760 (фантазия «Скиталец»), 850, 894.

⁶ D. 958, 959, 960.

⁷ Наиболее близко к нему завершение неоднократно упоминающегося выше Adagio E-dur.

⁸ Ансельм Хюттенбреннер в течение нескольких лет вместе с Шубертом занимался у Антонио Сальери; вплоть до отъезда Хюттенбреннера в Грац, последовавшего в 1821 году, они постоянно общались и показывали друг другу свои новые сочинения.

⁹ «Жизнь Франца Шуберта в документах», М., 1963, стр. 169.

Ф. Шуберт

Литография Лабурёра

Из коллекции И. Семенова

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Ф. Шуберт

Литография Лабурёра

Из коллекции И. Семенова

Содержание