скуку модернизма; в тысячный раз слышите вы битое стекло с ксилофоном, какую-то звуковую прострацию струнных — и опять мелкотемье, эмбриональность интонационного зерна, отсутствие широкого развития, гипертрофия ударного начала. Все это настолько эксплуатировано современным «звукопроизводством», что искреннюю жалость вызывают наши композиторы, предлагающие нам вместо подлинно творческого, индивидуального эксперимента шаблон, общие места.

Следует напомнить, что в традициях русской классической и советской музыки всегда были и останутся рельефный тематизм, яркая художественная образность!

Не имея своей целью кого бы то ни было осуждать или «пригвождать», мы хотим, однако, чтобы наш обмен мнениями здесь, на пленуме, сыграл свою воспитательную роль, чтобы молодые композиторы сделали для себя практические выводы из пожеланий и советов товарищей, чтобы они подумали о новых, более серьезных задачах. Необходимо, в частности, решительнее избавляться от технологической поверхностности и претенциозности. Нужно всегда помнить о том, что эксперимент есть эксперимент, а музыка должна оставаться музыкой. Мы не можем позволить утерять тот счастливый контакт советской музыки со своими слушателями, который был завоеван в течение многих лет развития нашего музыкального творчества. Этот контакт необходимо беречь как зеница око. Нашей молодежи надо поднимать в своих сочинениях большие проблемы, идеи, имеющие не «ремесленный», но художественно-этический интерес. Это обязательно потребует для своего воплощения широчайшей художнической фантазии.

Я думаю, что серьезные выводы сделают и руководители наших композиторских организаций, призванные оказывать молодежи всемерное внимание и помощь в работе. Кстати, вспомним, сколь многие шедевры мирового искусства и литературы были созданы по совету друзей. Наша композиторская корпорация должна быть союзом друзей, и я уверен, что помощь старших товарищей принесет молодежи определенную пользу. Надеюсь, что молодые авторы по-дружески воспримут доброжелательную критику в свой адрес...

Выступавшие тут товарищи правильно ставили вопрос о необходимости улучшить работу музыкальных вузов. Вообще нам вместе с Министерством культуры СССР надо посмотреть, как работают консерватории, в частности их композиторские факультеты. По нашим наблюдениям, на студенческой скамье создается много таких сочинений, которые выходят за чисто ученические рамки, открывая пути в большое серьезное творчество.

Итак, результаты нашего пленума в целом глубоко позитивны. Мы уверены, что вместе с новыми силами, влившимися в нашу организацию, Союз композиторов выполнит свои творческие обязательства перед народом, партией и правительством.

Я хочу от имени секретариата и правления СК СССР пожелать нашим молодым композиторам самых больших успехов в их деятельности.

В дискуссии на пленуме выступили также И. Болдырев, С. Волков, Е. Дога, Ю. Левитин, А. Руднева, А. Утешев, Ш. Чалаев. Всесоюзный форум принял резолюцию, в которой, в частности, постановляется: стимулировать создание новых музыкальных произведений, правдиво отражающих советскую эпоху, воспевающих торжество идей коммунизма, улучшить пропаганду сочинений молодых авторов, чаще практиковать встречи композиторов и музыковедов с разными слушательскими аудиториями. Одно из важнейших решений пленума — учредить постоянно действующую всесоюзную фольклорную комиссию с дальнейшим прицелом на подготовку базы для создания государственного института фольклора.

В КОНЦЕРТНЫХ ЗАЛАХ

Мясковскому посвящается

Этот вечер состоялся во Всесоюзном Доме композиторов накануне 90-летия со дня рождения Николая Яковлевича Мясковского. Прозвучали ряд его романсов, исполненных Н. Лебедевой, Л. Симоновой и Ю. Якушевым, Вторая соната для фортепиано, которую сыграла Т. Гусева, и две части Второй сонаты для виолончели и фортепиано в исполнении М. Ростроповича и А. Дедюхина. Прошло два десятилетия со дня кончины композитора, но концерты, где звучит его музыка, всякий раз убеждают в ее жизненности и неувядаемой красоте.

Уже в первых своих сочинениях Мясковский выступил как глубоко интеллектуальный художник, беспрестанно ищущий высокий и непреходящий идеал. Поэтому истинный драматизм, «высоковольтная» напряженность развития и подспудная значительность музыкальных мыслей во Второй сенате для фортепиано (ор. 13) сегодня захватывают слушателя не менее, чем полвека назад. Возвышенность чувств и красота их выражения в «Мадригале» (ор. 7) на стихи К. Бальмонта не могут не пленять нас, а ведь им уже шестьдесят лет... Они были написаны Мясковским, когда ему шел двадцать восьмой год.

Романсы на стихи М. Лермонтова, С. Щипачева и других поэтов, так же как и Вторая соната для виолончели и фортепиано, созданы в последний период творчества композитора. Эти произведения, поражая удивительным музыкально-пластическим совершенством, в не меньшей степени впечатляют своей поэтичностью, а также юношеской свежестью, целомудренностью мироощущения, неутомимой душевной энергией...

Музыка Мясковского одновременно и легка и трудна для восприятия. Трудна потому, что, как мне кажется, глубокая продуманность замысла и ажурность архитектоники его произведений не сразу открываются слушателям: для того чтобы быть «замеченными» и оцененными по достоинству, они требуют полной сосредоточенности внимания. Немаловажно и другое: всегда значительная по содержанию, музыка Мясковского почти лишена интригующих, чисто звуковых «подачек», несущих слушателю, так сказать, слуховые соблазны. В то же время, будучи глубоко самобытной, тесно связанной с традициями русской музыкальной культуры XIX века, она проста и точна в своих выразительных средствах, которые у Мясковского всегда остаются именно средствами, необходимыми художнику для передачи жизни во всем ее разнообразии. И здесь перед слушателями раскрываются непосредственность авторского восприятия явлений действительности, истинная мудрость в понимании их смысла, та мудрость, которая отличает большого художника, выдающуюся личность. Именно это делает музыку Мясковского доступной и дорогой каждому, кто готов «расположить себя» к ней.

В заключение нельзя не выразить самой искренней благодарности артистам — участникам памятного концерта, которые бережно, тонко и артистично исполнили сочинения композитора.

Остается только пожалеть, что музыка Мясковского у нас звучит пока еще не очень часто. Этим мы «обкрадываем» прежде всего самих себя, музыкантов-профессионалов, и широкую слушательскую аудито-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

В КОНЦЕРТНЫХ ЗАЛАХ

Мясковскому посвящается

Содержание