Выпуск № 6 (343) | 1967 - страница 69

териалов и документов,

монографические исследования. Это дало возможность и создать широкий фон для освещения поставленной темы и четко конкретизировать привлекаемые факты. Во введении («Перед открытием Московской консерватории») кратко характеризуется музыкальная жизнь России накануне 60-х годов с точки зрения созревания в ней тех предпосылок, которые в итоге привели к созданию Петербургской и Московской консерваторий. Экскурс в первой части этой вводной главы в музыкальную жизнь Петербурга показывает и общность задач, которые стояли перед петербургскими и московскими музыкантами, и в то же время оттеняет особенности развития музыкального образования и просвещения в Москве. О музыкальной жизни Москвы и идет речь во второй половине этой главы. Развитие концертной жизни, роль музицирования в салонах, создание «Московского музыкального собрания», место музыки в литературных кружках и особая роль кружка Н. В. Станкевича и «Молодой редакции» журнала «Москвитянин», концертная жизнь Московского университета — вот те основные факты, о которых, хотя и эскизно, напоминается читателю, прежде чем освещается организация Московского отделения РМО и музыкальных классов при нем как непосредственного преддверия открытия второй русской консерватории. Пять глав первой части книги — обстоятельная и вдумчивая летопись о становлении и развитии музыкального образования в трудных условиях царской России.

Разграничение материала по главам обусловлено наиболее узловыми вехами в истории консерватории. Четко прослеживаются ведущие события, выявляются основные тенденции в методике обучения, их эволюция. Авторы подробно останавливаются на составе учащихся и педагогов в различные годы, на особенностях обучения по отдельным специальностям, на содержании ряда программ. В ход исторического повествования удачно включаются индивидуальные характеристики педагогов и организаторов учебной жизни консерватории. Среди них следует в первую очередь выделить страницы, посвященные первому директору консерватории Н. Г. Рубинштейну, (стр. 44 — 57), которые представляют интерес не только в контексте данной книги, а пополняют в целом наши

сведения об облике этого выдающегося музыканта (специальной монографии о Н. Г. Рубинштейне у нас еще, увы, не существует!). К сожалению, вне поля зрения автора при характеристике Н. Г. Рубинштейна остались такие материалы, как его переписка с М. А. Балакиревым 1 и статья Н. Д. Кашкина «М. А. Балакирев и его отношение к Москве» 2 . Использование этих источников еще больше подчеркнуло бы общность задач и целей, стоявших перед передовыми русскими музыкантами — деятелями штурмующей эпохи шестидесятничества, а также и значение Н. Г. Рубинштейна не только для музыкальной жизни Москвы, но и Петербурга. Одновременно это привлекло бы внимание читателя к несомненно имевшим немалое обоюдное значение встречам М. А. Балакирева и Н. Г. Рубинштейна,

первая из которых, по-видимому, состоялась еще в середине 50-х годов.

Из других интересных монографических экскурсов нельзя не отметить страницы о С. И. Танееве. С его именем, естественно, связаны различные разделы книги, но наиболее сконцентрированно освещен его облик музыканта в двух первых главах (стр. 78 — 82 и 128 — 140). Особо хотелось бы привлечь внимание читателя к безусловно верной постановке авторами вопроса о значении для Танеева теоретических статей Лароша — к положению, что «теория Лароша о последовательных этапах исторического развития каждой национальной музыкальной школы оказала воздействие на систему эстетических взглядов Танеева, сформировавшихся в 80-е годы» (стр. 81). К этому было бы не лишним добавить и следующие слова самого Танеева в письме к Н. Н. Римской-Корсаковой от 5/XI1 1909 г.: «Для человека, читавшего статьи Лароша, не может быть сомнения в том, что мысли, которые он пропагандировал, оказали сильное влияние вообще на нашу музыкальную жизнь...» 3 .

Учитывая избранный авторами жанр — «документированная летопись», следовало бы больше уделить внимания общению Танеева и РимскогоКорсакова в конце XIX века, напомнив о таких фактах, как переписка между ними по вопросам методики ведения курсов практического сочинения, контрапункта, инструментовки 4 ,

1 М. А. Балакирев. Переписка с Н. Г. Ру

бинштейном и с М. П. Беляевым. М., Музгиз, 1956.

2 См.: Н. Д. Каш кин. Статьи о русской музыке и музыкантах. М., Музгиз, 1953. Впервые издана в 1913 г. в журнале «Музыка». 3 С. И. Танеев. Материалы и документы. Т. I, М., Музгиз, 1952, стр. 52, 53. 4 См. там же, стр. 32 — 34. Напомним попутно, что в это же время имели место взаимоотноше

131

а также о личном участии Танеева в экзаменах по композиции в Петербургской консерватории. Все это еще раз подтвердило бы факт укрепления в конце XIX — начале XX века творческой связи московских и петербургских музыкантов и широкого значения деятельности лучших воспитанников и педагогов Московской консерватории.

Большой интерес представляет IV глава, посвященная жизни консерватории в важнейшие для всего общественного и культурного развития России годы первой русской революции. «И в жизни столичных консерваторий с этого времени, — справедливо пишут авторы, — открывается новый период...» (стр. 214). Глава включает материалы, почерпнутые из протоколов собраний учащихся, из личных воспоминаний участников революционных событий в консерватории, приводится текст обращения студентов к Художественному совету. Все это ярко показывает возрастающую студенческую активность в период, революционных событий и искреннее сочувствие большинства освободительному движению. Одновременно в этой главе раскрываются противоречия внутри коллектива педагогов консерватории, разногласия в организации учебной жизни.

В V, последней главе первой части основное внимание направлено на то, чтобы показать, как в сложных и противоречивых условиях предоктябрьского десятилетия шла борьба обоих консерваторий за автономию, за получение независимости от РМО, ставшей в действительности реальной лишь в советскую эпоху. Особо следует подчеркнуть ценность второго параграфа главы, где суммированы отклики русской периодической печати на состояние музыкального образования, наиболее интенсивные в 1906 — 1907 годах. Интересны и опубликованные здесь предложения Московской консерватории к съезду директоров и представителей художественных советов российских консерваторий, состоявшемуся в марте 1917 года в Москве (стр. 276), а также и другие материалы, характеризующие развитие русского консерваторского образования накануне Великого Октября.

Большие трудности стояли перед авторами в освещении деятельности консерватории советского периода как по причине ее исключительной интенсивности и многоплановости, так и в силу еще недостаточно глубокого и всестороннего изучения нашими музыковедами отдельных периодов исторического развития советского музыкального искусства в целом. К тому же следует добавить, что архивные документы этих лет пока

ития С. И. Танеева с А. К- Лядовым, приславшим по просьбе Танеева выписку из документа «Инструкции, учебные планы СПб. Консерватории». Ом. там же, стр. 35.

132

собраны и недостаточно полно, и недостаточно равномерно (в этом отношении нашим музыкальным музеям предстоит еще большая работа!). Однако авторам удалось и в этой части сохранить избранный «летописный» жанр, хотя и внеся новый, на наш взгляд целесообразный, вариант в структуру данной части (о чем выше уже упоминалось). В четырех обзорных главах лаконично излагаются основные факты строительства музыкального вуза нового типа — от декрета Совета Народных Комиссаров от 12/VII 1918 г. о переводе обеих консерваторий в ведение Народного комиссариата просвещения на равных началах со всеми высшими учебными заведениями до последних документов наших дней, направляющих деятельность высших учебных заведений страны. Подробно останавливаются авторы на ряде важнейших фактов 20-х годов: на значении для реформы музыкального образования «Положения о высших учебных заведениях» от 3/VII 1922 г., специального «Положения о Московской и Петроградской Консерваториях» (1922), материалов конференций по художественному образованию 1921, 1926 и 1927 годов. В этой связи целесообразно было бы упомянуть и о состоявшейся осенью 1926 года конференции-курсах преподавателей музыкальных техникумов РСФСР, которая хотя и была посвящена реформе среднего музыкального образования, но по самому существу докладов касалась и принципиальных вопросов консерваторского образования, в известной мере предваряя конференцию 1927 года. Упоминание об этом было бы интересно и потому, что среди . докладчиков были Н. Я. Брюсова и воспитанник Московской консерватории JI. В. Николаев '. В главах, посвященных советскому периоду, читатель найдет большое количество материалов о роли общественных организаций в преобразовании старой консерватории в новый советский вуз, о роли студенчества, о значении организации «Фракции красной профессуры», об организации рабфака, воскресной рабочей консерватории. Менее удачны вводные характеристики общих тенденций в развитии советской музыкальной культуры того или иного периода. Предваряя обстоятельное изложение фактов из жизни самой консерватории, они написаны «в ином ключе» — несколько схематично и порой излишне кратко. Ссылки на другие работы как дополнение к сказанному (см. стр. 285, 317) в данном случае вряд ли целесообразны. Вполне естественно желание

1 См.: «Материалы Конференции курсов преподавателей музыкальных техникумов РСФСР. 5 — 15 сентября 1926. Тезисы докладов и резолюций». Л., 1927.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание