Выпуск № 11 (168) | 1952 - страница 22

— Что ж вас мало?..

— Ребята на зорянку в Холм пошли, — с обидой в голосе сказала девушка в белом платке, длинные концы которого торчали в разные стороны, — Мы сами по себе...

— Вить!.. Сьгграй, что ли, — попросила Маша совсем юного паренька, сидевшего на большом камне чуть поодаль от всех. Витя, склонив голову к гармони, заиграл. Играя, он смотрел куда-то в сторону, словно все происходившее его совершенно не касалось. Двое ребят и две девушки танцевали кадриль. Собственно, танцевали больше ребята — они все время двигались, выходили друг на друга, «дробили», плавно меняли местами девушек и один-два раза кружились с ними. Девушки были в валенках («и ногам мягче — отойдут после работы, и комары не кусают»), Танец кончился, и все немного посидели молча.

— Ваня Лесников приехал из города, — заговорила девушка, которую звали Нюрой. — Сегодня с нами на покосе работал. Погостить приехал. Уже, говорит, на третий курс перешел...

— Рада мать-то?..

— Еще бы не радоваться... Вдруг Нюра сильным голосом начала частушку, сидевшая с нею рядом девушка подхватила:

Мой миленочек в Москве
Учится, старается.
Вставил зубы золотые,
Рот не закрывается.

Частушка начиналась смелым, необычным скачком вверх, словно случайно вырвавшимся. Потом голоса опускались, снова взлетали; последний слог, стихая, тянули долго-долго.

Девушки пели еще и еще, под гармонь и без нее. Они хорошо спелись. Поражали простота и естественность их пения. То это был распев, то почти говор, то вдруг, сломав ритм предыдущей частушки, подруги «сыпали» скороговоркой — так, что трудно было разобрать слова.

О частушках писали много. В четких, упругих, необычайно разнообразных ритмах этих напевов, полных юмора и меткой образности, проявляется замечательная одаренность нашего народа.

— Маша, что спрошу я тебя, — заговорил один из парней, — верно, что ты Николая Спирина в городе видела?

— Видела. Водой торгует. Стоит в халате, пятаки считает.

— Достиг! — презрительно сказала Нюра.

— Из деревни уехал. «Надо мне на серьезную работу определяться!» Вот и определился. Достиг! — снова повторила она.

— Как я подошла, отвернулся, — продолжала Маша. «Вам чистой или с сиропам?» Налей уж с сиропом, говорю.

Нюра, сидевшая рядом с Машей, вдруг выпрямилась, затянула концы платка и спела одна, без Клавы:

У кого какой миленок,
У меня мастеровой:
В Костроме тележку возит
С газированной водой.

Все засмеялись.

— Ты сложила? — быстро спросила Маша.

— Не я, — ответила Нюра. — Ну, вот честное слово, не я.

— Ой, Нюрка...

— Да пели ж ее. В Холме сама слышала, — отвечала Нюра не очень уверенно.

— Ну, зачем, зачем говоришь... Ведь ты?

—Эй, певуньи! Окоро ли спать пойдете? — раздался низкий, густой голос из темноты. Это был бригадир. В руках у него блестела уздечка. — Подушки сейчас мя-агкие... А то ведь завтра еще до солнышка на луга уйдем.

Девушки пошептались, фыркнули коротким смешком и пропели:

Председатель золотой,
Бригадир серебряный,
Разрешите погулять —
Сегодня день не вёдреный...

Бригадир ушел. Все помолчали. На востоке уже протянулась по горизонту расплывчатая светлая полоса.

— Сложить бы песню, чтобы про все, про все в ней было, — вздохнула Нюра. — И про любовь, и про Москву... Чтобы всем понятно было...

— Да ты, кроме частушек, ничего не сложишь, — баском сказал Витя-гармонист.

— А вот сложу!.. С Клавой вот вместе сложим. Правда, Клава? И к Киселеву сходим в хор — он поможет.

Струнный оркестр Дома пионеров

— Спать надо, — сказала Клава и поднялась. Встали и мы. Все пошли по домам. Ушли, обнявшись, и две подружки, две певуньи, которые — пройдет время — сложат, обязательно сложат песню «и про любовь, и про Москву».

Районный Дом культуры

Мы побывали в Сусанинском районном Доме культуры. Здесь работают хоровой, танцевальный, драматический кружки; при Доме пионеров организован струнный оркестр школьников. Часто проводятся тематические вечера: «Книга — твой лучший друг», «Демократическая молодежь в борьбе за мир», «Великие стройки коммунизма». Во время посевной и уборочной кампаний в деревни выезжает агитбригада Дома культуры, составленная из активистов самодеятельности — певцов, танцоров, чтецов.

Колхозники очень любят такие выступления прямо на стану или в поле. После, встретив на улице кого-нибудь из участников концерта, вспоминают: «Постой, это не ты ли тогда «Тройку» пел? Ты! Хорошо было...» Или: «Прочел я ту книгу, откуда ты отрывок декламировал. Сильная вещь!»

Много и упорно работает драматический коллектив в Сусанинском Доме культуры, поставивший «Женитьбу» Гоголя, «Русалку» Пушкина, «Праздничный сон до обеда» Островского, «За вторым фронтом» Собко. Огромным успехом пользовалась и инсценировка «Мертвых душ». Поля Смирнова, инспектор культпросветотдела, игравшая в спектакле, рассказывала: «По селу проходу не было. Всех звали, как по пьесе...»

Успешно выступает сусанинский молодежный хор. Репертуар его разнообразен — русские народные песни, песня советских композиторов. Специальные программы готовил коллектив к пушкинским дням, к юбилею Гоголя. На вечере, посвященном памяти Ленина, хор спел несколько революционных песен.

В Сусанинском районе (как и в других районах Костромской области) вот уже второй год проводятся праздники песни. Явление это ново для здешних мест, и значение подобного начинания огромно. Если в первом празднике принимали участие лишь сводный хор и хор шапочной артели, то в этом году на праздник приехало значительно больше коллективов, в том числе впервые организованные хоры Марфинского и Северного сельсоветов.

Есть в районном хоре свои талантливые певцы и певицы. Об одной из них — Капе Горячкиной — хочется рассказать. Поет она с детства. Голос у нее, как говорят, «тонкий» — мягкое, чистое сопрано. Однажды хор разучивал песню. Баяниста тогда в xорe не было, многим было трудно учить песню с голоса. Долго бился руководитель с альтами. Вот они снова запели — опять неверно. «Не так же надо! — горячо сказала Капа и выступила вперед. — Не так!» Она показала, как надо петь, и все услышали ее голос. Так Капа стала солисткой хора.

Этим летом Капа Горячкина решила поступить в московское музыкальное училище. Нот она не знала. Баянист Дома культуры посоветовал ей спеть на экзамене романс Антониды из «Ивана Сусанина» и третью песню Леля из «Снегурочки». Он же наиграл ей мелодию.

— Вошла я, — рассказывает Капа, — ну, думаю, вот она, моя судьба. «Что будете петь? Что там у вас?» — опросил кто-то усталым голосом. А у меня туман в глазах... Вспомнилось мне все, все... Хотела я сказать об этом, да только, думаю, никому это не интересно. Стала петь, а уменя словно закрылось что-то внутри. Ну, словом, не приняли меня. Уехала я из Москвы в тот же день, так мне горько было. Все-таки скажу, нехорошо меня приняли. Ничего не спросили, не посоветовали. «Что там у вас?» Была у меня мечта, так теперь ей ножницами

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Струнный оркестр Дома пионеров

Содержание