Выпуск № 12 (397) | 1971 - страница 77

из дорогой его сердцу Полтавы и в большинстве своем представляющими уже третье поколение по отношению к тем, кто 52 года назад строил театральную культуру и в Полтаве, и на Украине, и на всей земле только что рожденной в огне и пламени революции и войны Советской республики. И от того, что и артисты на сцене, и зрители, переполнившие, несмотря на дневное время, самый большой оперный зал столицы, чувствовали это, создавалась удивительная, волнующая атмосфера общей приподнятости, ощущения особой значительности, необычности спектакля.

С огромным подъемом выступили гости, заслужившие единодушные, без каких-либо скидок, аплодисменты московской публики (при ровной, уверенной игре всех без исключения актеров хочется особенно выделить юную, обаятельную, с чистым и свежим голосом Наталку — В. Волкову, великолепного, колоритного Выборного — В. Конопацкого и с первого же появления на сцене полюбившегося зрителям жизнерадостного и чуткого к чужому горю Миколу — В. Любанского). И, как всегда, дивно звучал неповторимый голос Козловского. Звучали чудесные мелодии украинских песен — напоенной ароматом вечерних полей, задумчивой «Сонце низенько, вeчip близенько», элегической, необычайно красивой «Ой, не шуми, луже», драматичной «Ой я нещасний» (две последние артист спел дважды, идя навстречу настойчивым просьбам зала). С покоряющим мастерством и тактом, без малейшего налета «бытовизма», провел Козловский развернутые разговорные сцены и монологи своей партии. Но, пожалуй, самый приятный сюрприз ожидал публику в конце спектакля. Певец предложил новое решение финала оперы, использовав для этого текст и музыку обычно не исполняющегося на сцене трио из второго действия «Де згода в сiмействi». (Не лишне заметить, что при этом партии хора и оркестра расписывались и разучивались «на ходу», в жестком гастрольном регламенте.) То была поистине счастливая режиссерская находка, удивительно естественно и гармонично завершившая спектакль солнечным мажорным аккордом, подчеркнувшая светлую, жизнеутверждающую мысль пьесы, выраженную в прекрасных, «шевченковских» по духу стихах И. Котляревского:

Де згода в сiмействi,
де мир i тишина,
щасливi там люди,
блаженна сторона...

После спектакля, отвечая на несмолкаемые овации зала и артистов на сцене, Козловский обратился к присутствующим с кратким словом. Вспоминая далекие годы в Полтаве, он с благодарностью говорил о своих старших товарищах-артистах, которые когда-то поддержали его, начинающего певца, советами и дружеским участием. Козловский напомнил о великих традициях Большого театра, о корифеях отечественного оперного искусства, певших на его сцене. И эти слова замечательного артиста воспринимались как доброе напутствие талантливому украинскому коллективу.

П. Пичугин

«Лэутарий» — так называется новый молодежный ансамбль, созданный в Молдавии по инициативе популярного исполнителя народных молдавских песен Николае Сулака. Как говорит само название ансамбля (лэуте — старинный молдавский инструмент типа лютни), он ставит своей целью пропаганду национального фольклора. В составе «Лэутария» двенадцать артистов; в основном это выпускники Кишиневского института искусств и музыкального училища. Помимо Н. Сулака с ансамблем выступает певица Л. Арсений. Музыкальный руководитель коллектива скрипач и певец Мирча Оцел.

На снимке: играет «Лэутарий».
В центре — музыкальный руководитель ансамбля М. Оцел и певец Н. Сулак

АВТОРЫ РАССКАЗЫВАЮТ

Имя молодого ленинградского композитора Г. Банщикова известно читателям «Советской музыки». Его опера «Любовь и Силин» по мотивам произведений К. Пруткова исполнялась и в Ленинграде и в Москве, на всесоюзном пленуме. Корреспондент журнала попросил Г. Банщикова сказать несколько слов о его новом сочинении — опере «Как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем».

— На мой взгляд, повести Гоголя вообще — кладезь для оперного творчества: что ни повесть — готовое либретто. Но, обдумывая план новой оперы, я пришел к выводу, что нужно ограничиться лишь первой частью повести, посвященной самому конфликту между Иваном Ивановичем и Иваном Никифоровичем, — так, мне кажется, получилось компактнее, динамичнее.

В моей предыдущей опере «Любовь и Силин» (либретто С. Волкова) музыка играла чисто иллюстративную роль, изобилуя цитатами. «Силин» — опера-схема.

А в новой работе единственная цитата, которая служит определенной драматургической цели — созданию эффекта комического. В экспозиции оперы появляется в чистом виде украинская песня «Дивлюсь я на небо». Явное несоответствие наивного, но искренне-возвышечного настроения этой песни и атмосферы, царящей на сцене, где обитают самодовольные, абсолютно бездеятельные «герои», создает комический эффект. На сей раз мне не хотелось, чтобы цитата осталась цитатой, — мелодия песни претерпевает изменения и в дальнейшем становится драматургическим стержнем сочинения. Она появляется в преобразованном виде, как только между Иваном Ивановичем и Иваном Никифоровичем вспыхивает очередная ссора (таких ссор три). Последний раз тема песни «Дивлюсь я на небо» возникает в кульминационный момент, когда Иван Никифорович кричит: «...а не то я вам, Иван Иванович, всю морду побью!»

Эти три главные сцены, исподволь переходящие одна в другую и неторопливо направленные к кульминации, связаны оркестровыми кусочками — этакими эпизодами томления перед бурей.

Может показаться странным, что новую оперу я посвящаю памяти Рихарда Штрауса. Готовясь писать партитуру (а она у меня для большого симфонического оркестра), я много занимался его музыкой. И не случайно: я вообще люблю этого композитора, здесь же не обошлось без его влияния — и в подходе к оперному жанру, как таковому, и в отношении к оркестру.

Остается сказать, что опера писалась по заказу Кировского театра, уже прослушивалась коллективом и включена в перспективный план. Мои дальнейшие замыслы?

Закончив в прошлом году Пятый виолончельный концерт, я приступил к написанию Трио-сонаты для скрипки, альта и виолончели в сопровождении фортепиано. В моих планах также тройной концерт для этого же состава солистов.

ПРЕМЬЕРЫ

Новая работа Рижского оперного театра — опера О. Николаи «Виндзорские проказницы». Режиссер спектакля И. Яслиня, дирижер А. Вилюманис, художник Б. Гоге, хормейстер А. Алберинг. Танцы поставлены Ю. Капралисом.

В спектакле заняты А. Дашков, О. Крастинь (сэр Джон Фальстаф), П. Гравелис, В. Окунь (мистер Форд), Л. Андерсон, А. Тауриня (миссис Пейдж), И. Креслинь, А. Савченко (Фентон), А. Фринберг, И. Крастинь (Слендер), А. Далга, М. Кравченок (доктор Каюс), В. Давидон, Л. Ванага (Анна), В. Дзенис (Корчмарь).

«Виндзорские проказницы».
Сцена из спектакля

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

На снимке: играет «Лэутарий». В центре — музыкальный руководитель ансамбля М. Оцел и певец Н. Сулак

АВТОРЫ РАССКАЗЫВАЮТ

ПРЕМЬЕРЫ

«Виндзорские проказницы». Сцена из спектакля

Содержание

На снимке: играет «Лэутарий».
В центре — музыкальный руководитель ансамбля М. Оцел и певец Н. Сулак

«Виндзорские проказницы».
Сцена из спектакля