Выпуск № 3 (388) | 1971 - страница 28

(продолжение «Еще раз о музыке в эфире...»)

они тоже обязаны внести свою лепту в это важнейшее дело».

С интересом выслушали собравшиеся выступление Д. Кабалевского. «...Мне кажется, — сказал он, — что за последнее время на радио и телевидении наметился некоторый сдвиг в лучшую сторону. Музыкальные программы стали интереснее, зазвучало больше хорошей музыки. Реже я стал слышать ту плохую, безвкусную, пошлую музыку, которая наносит огромный вред делу воспитания высокого эстетического вкуса слушателей (особенно молодежи), которая переполняла программы радио и телевидения последних лет. В этой связи сегодня вновь и вновь хочется напомнить, что редактор, составляющий программы вещания, должен быть не только музыкантом, но прежде всего воспитателем, независимо от возраста слушателей, к которым он обращается.

Но если сегодня в передачах радио и телевидения бесспорно ощутимо некоторое улучшение, то, к сожалению, дурной вкус и недостатки культуры все еще находят себе дорогу в эфир — особенно в телевидении. Вот один пример. Недавно я смотрел передачу сатирический "теремок". Была в этой передаче талантливо и, действительно, остро сатирично сделанная сценка о том, "как надо" сочинять и исполнять эстрадные песни. Кажется, все пороки пошлой эстрады были разоблачены в этой передаче. Но сразу же вслед за этим последовала самая обычная эстрадная программа, которая была построена точно по "рецептам" авторов "Теремка". Это тоже было очень смешно, но одновременно и очень грустно, ибо свидетельствовало о том, что культуры в работе телевидения еще недостает.

Отсутствие культуры сказывается очень часто и на полнейшей несинхронности зрительного и звукового ряда во многих передачах, на нетерпимой фальши, когда в зрительном кадре виден лишь рояль, а звучит симфонический оркестр и т. д. Я сам видел передачу из Свердловска, когда композитор Е. Родыгин, облокотившись на рояль, рассказывал о своей новой песне. Потом направился к инструменту, чтобы саккомпанировать себе эту песню, а рояль, не дождавшись автора, начал играть сам...

Серьезно надо задуматься над некоторыми передачами музыкальной самодеятельности. Мы должны всячески поддерживать и развивать самодеятельное искусство, но право выступать по Всесоюзному радио и телевидению должно быть завоевано, и принадлежать это право может только первоклассным коллективам и исполнителям. Есть на телевидении передача "Алло, мы ищем таланты!". Осторожнее надо обращаться со словом "талант". Выступают в этих передачах нередко люди, лишенные даже самых элементарных способностей. Но уже сам факт выступления в этой передаче причисляет любого в ней выступившего к числу талантов. Многие после этих передач имеют полное право сказать: ну, если это таланты, то я — гений!..

Несколько слов о пропаганде произведений композиторов союзных республик. Мне кажется, что нужно и можно найти новые и более увлекательные формы этой пропаганды. Чаще сопровождать рассказом (таким, например, каким был рассказ Светланы Виноградовой о музыке Киргизии). Хорошо было бы чаще сочетать исполнение произведений современных композиторов братских республик с рассказом о народной музыке данной республики и, конечно, показом этой музыки, с рассказом о том, как это сочинение родилось и т. д.

Наконец, последнее и, может быть, самое важное: надо больше верить слушателям, больше верить в их духовные силы. Когда мы — комиссия Союза композиторов по музыкально-эстетическому воспитанию — вместе с радиокомитетом начинали наши симфонические концерты в Колонном зале Дома Союзов для старших школьников — "Вечера ровесников", мы не называли это, как сейчас принято, экспериментом. Но всю свою работу мы решили строить в опоре на доверие к своим юным слушателям. И вот прошло уже семнадцать таких вечеров. Сейчас я могу сказать, что это был удачный эксперимент. Изумительно восприняли наши слушатели ленинскую программу, в которой были исполнены две симфонии: Шестая Чайковского и Пятая Бетховена. В другой программе прозвучали рабочие революционные песни 1905 года и Одиннадцатая симфония Шостаковича "1905 год". Интересно, что симфония имела несравненно больший успех, чем песни: вероятно, потому, что песни были уже привычны, знакомы, а симфония открыла перед слушателями новый мир, и мир этот увлек их своей глубиной и содержательностью. Над таким "экспериментом" стоит призадуматься всем, кто занимается пропагандой музыки.

В заключение я хотел бы, чтобы наша комиссия по радио и телевидению установила тесную связь с прессой. Надо добиться того, чтобы передачи радио и телевидения стали постоянным объектом печати, чтобы, критикуя неудачные, плохие передачи и объясняя читателям, почему они плохи, печать поддерживала все ценное, все новое, все удачное, отмечая работу лучших редакторов и участников передач».

«Мне кажется, что в радио- и телепрограммах еще неверно соотношение легкой и серьезной музыки, — заметил ленинградец А. Утешев. — А причина в том, что музыка звучит не только в передачах музыкальной редакции, но и в молодежных, политических, спортивных программах.

Эти редакции наполняют эфир музыкой далеко невысокого качества....

И здесь возникает все та же проблема — невысокий профессиональный уровень самих музыкальных редакторов. Каждый редактор обязан быть не безликим посредником, а человеком с большими требованиями и хорошим вкусом. Поскольку так бывает, к сожалению, редко, мне кажется, очень полезно приглашать к микрофону внештатных авторов, которые интересно вели бы определенные цикловые передачи. Когда в эфире выступают постоянные комментаторы — композиторы, музыковеды, лекторы — к ним привыкают, начинают прислушиваться к их мнению.

К сожалению, мы, ленинградцы, имеем очень слабое представление о музыке народов СССР. В наш век техники радио и телевидение — самый могучий источник пропаганды. Никакие гастрольные поездки солистов и оркестров из республик не в состоянии охватить той огромной аудитории, которая слушает музыку в эфире. Я думаю, что пропаганда музыки народов СССР должна вестись не только с помощью Центрального вещания, но и путем обмена записями и нотами республик и городов между собой.

Наконец, еще один вопрос: радио и телевидение должны стать стимуляторами создания произведений новых жанров — теле- и радиоопер, телебалетов и т. д.».

Союз композиторов Литвы, как сообщил В. Баркаускас, ищет новые формы связей с радио и телевидением: это трансляции из концертных залов новых произведений литовских композиторов, сопровождаемые репортажами и рецензиями, проведение в эфире творческих дискуссий по вопросам советской музыки и т. д. «Праздник искусств народов СССР» — так назывался фестиваль, организованный в Литве в честь XXIV съезда КПСС. Этот праздник широко освещался по радио и телевидению. В 1971 году решено провести совместный пленум Союза композиторов и Союза журналистов, посвященный вопросам музыкальной пропаганды.

А вот с творчеством композиторов союзных республик наше радио знакомит слушателей очень мало. Почему-то у нас принято относить к этой рубрике только народные песни и танцы. Кстати, они звучат иногда в исполнении участников самодеятельности, среди которых надо очень тщательно отбирать лучших».

«У нас, на Эстонском телевидении, тоже свои трудности с самодеятельностью, — продолжил тему Я. Ряэтс, главный редактор музыкальной редакции Эстонского телевидения. — Меня критикуют за то, что я ее мало поддерживаю. Нет, я поддерживаю самодеятельность, но только хорошую. Если выступает школьник, — это хорошо. А если поет взрослый человек без всякого голоса, — такую самодеятельность, по-моему, не надо пропагандировать на многомиллионную аудиторию...

Эстонское радио и телевидение основное внимание в области музыки обращает на так называемые серьезные жанры. Мы даем музыкальные обзоры, цикл "Музыка и музыканты", передачи, где выступают только камерные ансамбли... Есть и специальные циклы для молодежи, внимание которой мы стараемся привлечь чем-нибудь интересным, необычным. Так, например, с большим успехом прошла передача, в которой Георг Отс сыграл Фортепианный концерт Баха.

Нам легче наладить пропаганду серьезной музыки — классической и советской, — вероятно, потому, что все редакторы радио — члены Союза композиторов и музыкальное вещание по существу находится в руках нашего Союза...»

«Если на радио у нас в Белоруссии дела обстоят более или менее благополучно, — отметил Ю. Семеняко, — то на телевидении положение много хуже. Я не помню случая, чтобы телевидение обратилось к нам, в Союз композиторов, за помощью. Из зала филармонии транслируются только эстрадные вечера. Симфонические концерты почти не попадают в сферу внимания телевидения. Уровень музыкального вещания здесь предельно низок. Напомню, например, о передаче, посвященной творчеству композитора И. Лученка. В ней был эпизод, когда диктор предложил прослушать фрагмент (!) из песни композитора. Певец подошел к роялю и напел несколько тактов... Можно ли так пропагандировать массовые жанры?

Телевидение должно не только чаще включать в свои программы симфонические, оперные, камерные произведения, но и искать новые формы их пропаганды. Прекрасный пример таких поисков — исполнение всех симфоний Бетховена в передачах телевидения ГДР...»

«Мне тоже кажется, что на радио положение лучше, чем на телевидении, — поддержала предыдущего оратора А. Пахмутова. — На радио сложились свои традиции, здесь работают более опытные редакторы, здесь лучшая техника. Правда, каждую хорошую традицию следует развивать, обновлять. И на радио в этом плане предстоит еще многое сделать...

На телевидении же до сих пор остро стоят те проблемы, которые на радио давно решены. Например, непонятно, почему на телевидении не заботятся о своем фонде. Должны быть сделаны видеозаписи романсов в исполнении лучших пев-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание