Выпуск № 1 (386) | 1971 - страница 67

Каждый, кому дорога музыка, приехав в Бонн, поспешит на Боннгассе 20, к дому, где родился Бетховен. Его родители поселились здесь в 1767 году, в маленьких комнатках чердачного помещения, чудом сохранившихся до наших дней. Трудно передать чувство, которое испытываешь, стоя у входа в маленькую комнатку с очень низким потолком, где увидел свет будущий композитор и где прошли первые четыре года его жизни. Сейчас здесь нет ничего, кроме бетховенского бюста (работы скульптора Вольфа-Фосса) и скромного венка у его подножия. В комнате два окна: одно выходит в сад, другое — на соседний дом Zum Mohren, в котором теперь помещается Бетховенский архив.

В доме Бетховена очень интересный мемориальный музей. Здесь собраны инструменты композитора: альт — на нем он играл в капелле курфюрста; великолепный комплект инструментов квартета, подаренный ему князем Лихнсвским; рояль, на котором в 1845 году играл Лист; Hammer-Klavier. Глядя на этот небольшой инструмент, трудно представить, что именно для него была написана исполинская, грандиозная по звучанию Соната B-dur. Но это лишь показывает мощь бетховенского гения, устремленного вперед, провидевшего новые, еще не изведанные возможности фортепиано. Здесь же стоит органный столик из Миноритской церкви, за которым прелюдировал юный Бетховен в возрасте десяти — двенадцати лет. В экспозиции музея можно увидеть письменный стол композитора; на столе — его чернильница, гусиное перо, очки, печать и прядь волос. В витрине лежат слуховые аппараты — громоздкие, неуклюжие — весьма ненадежное и неудобное средство связи с внешним миром. О глухоте Бетховена написано много, но взглянув на эти аппараты, на страницы его разговорных тетрадей, по-новому чувствуешь всю глубину трагедии, постигшей великого музыканта. Совершенно особенное впечатление вызывают бетховенские рукописи (обычно они хранятся в сейфе Государственного банка, и только в связи с юбилейным годом некоторые из них были зыставлены для обозрения). На страницах пожелтевшей от времени бумаги старинного удлиненного формата мы читаем строки Третьего струнного квартета и Шестой симфонии, фортепианных сонат — «Лунной», «Пасторальной», ор. 111. Трудно оторваться от рукописей... Уходишь из зала с впечатлением близкого общения с творческим духом Бетховена.

Много мыслей пробуждает в душе посещение и других памятных мест. Пути приводят и на старое кладбище, где находится могила матери композитора — Марии Магдалины; на памятнике высечены его слова: «Sie war mir eine so gute

В этом доме родился Бетховен

liebenswurdige Mutter, meine beste Freundin»... Но от прошлого мы вновь возвращаемся к настоящему — к жизни бетховенской музыки, к юбилейным торжествам, которыми отмечается 200-летие со дня его рождения. Этой дате был посвящен Международный музыковедческий конгресс, состоявшийся в Бонне 7 — 12 сентября 1970 года. В нем приняли участие 550 делегатов из 28 стран (в том числе почти из всех социалистических стран Европы, включая ГДР). Было заслушано свыше 150 докладов, в большинстве непосредственно связанных с проблемами изучения жизни и творчества Бетховена. Открытие конгресса состоялось в актовом зале Боннского университета, основанного около 200 лет назад. В нем в 1789 году учился Бетховен, а в 1830-х годах — Карл Маркс. В залах университета на протяжении пяти дней проводились и заседания конгресса — по четыре одновременно, утром и днем. Вся работа проходила

123

в спокойной, хорошо организованной обстанбвке, без излишней помпезности.

После краткого вступительного слова президента Музыковедческого общества в ФРГ Мартина Рунке с большим докладом выступил Курт фон Фишер (Швейцария). Он говорил о том новом, что принес в музыкальное искусство Бетховен. Отметив черты, роднящие Бетховена с Гайдном и Моцартом, докладчик старался показать свойственное Бетховену сочетание верности классическим традициям со стремлением преодолеть эти традиции на пути к творческой свободе. Присущее Бетховену новое в ощущении времени и пространства проявляется, по мнению докладчика, не только в сфере формальных элементов, но, главным образом, в идее, стоящей за музыкой. Опираясь на Канта, К. Фишер рассматривал эту идею как чисто философскую. Подчеркнув несравненно большие достижения Бетховена в области инструментальных жанров, нежели вокальных, докладчик пришел к выводу, что истинной стихией композитора была «говорящая инструментальная музыка». Ее исключительная выразительность, человечность, романтическая взволнованность и драматичность — вот что отличает творчество Бетховена от произведений его предшественников и старших современников.

Второй публичный доклад спустя два дня в том же зале прочел Йозеф Шмидт-Гёрг (ФРГ). Он был посвящен «Торжественной мессе», которая, как известно, впервые была исполнена (по инициативе Н. Голицына) 7 апреля 1824 года в Петербурге. Докладчик стремился сквозь призму творчества композитора разглядеть его облик, склад мышления, рассмотреть процесс вызревания его художественной мысли, становление музыкальных образов и их связь с текстом, со смыслом и значением каждого слова. Богатые возможности для такого исследования представляют страницы (их свыше 600) эскизов к «Торжественной мессе». Напомнив о бетховенском Motto к данному произведению — «Vom Herzen moge es wieder zu Herzen gehen» («От сердца пусть снова к сердцу идет»), — Й. ШмидтГёрг особо отметил глубокую человечность бетховенского создания.

Значительную часть доклада Й. Шмидт-Гёрг посвятил якобы проявляющейся в «Торжественной мессе» верности Бетховена канонам католической церкви. Господствующие настроения произведения он видит в «покое и радости как следствии умиротворенности». С этим трудно согласиться, потому что в финале «Торжественной мессы» слышатся и драматические ноты. Ведь не случайно Бетховен добавил здесь к традиционному «Dona nobis расеш» подзаголовок

124

«Мольба о внутреннем и внешнем мире», свидетельствующий о том, что композитор не мог ограничиться внутренней умиротворенностью; Бетховена волновали судьбы людские, и он своей музыкой призывал к подлинному миру на земле.

Два заседания конгресса были посвящены теме «Бетховен и Восточная Европа». В рефератах музыковедов Болгарии, Венгрии, Польши, Румынии, Советского Союза, Чехословакии и Югославии содержалось много новых фактов о жизни музыки Бетховена в восточноевропейских странах, причем, что особенно важно, большинство из приведенных фактов относилось либо к эпохе композитора, либо к близким ей годам. С этой точки зрения очень содержательными оказались рефераты Драготина Цветко (Югославия) о связях Бетховена с Лейбахским филармоническим обществом (Лейбах — немецкое название Любляны в то время, когда она находилась под австрийским владычеством) и Виорела Космы (Румыния) о первых исполнениях музыки Бетховена в Румынии. Оба музыковеда нашли интересные архивные материалы, обогатившие бетховениану. В своем обстоятельном сообщении Зофья Лисса (Польша) рассказала о бетховенских обработках польских народных танцев (краковяк и оберек), о семи его полонезах, а также о творческих связях Бетховена с польскими музыкантами и любителями, в частности с Антоном Радзивилом, которому великий композитор посвятил некоторые свои произведения *. Взаимоотношениям Бетховена и венгерской музьжальной культуры посвятил свой реферат Ференц Бониш (Венгрия). Эта тема достаточно часто привлекала внимание бетховеноведов, и тем более важно отметить, что докладчик привел новые факты.

Ряд докладов касался более частных вопросов. Так, словацкий музыковед Зденек Новачек рассказал о бетховенской ученице Бабетте Кеглович, в чьих воспоминаниях есть немало интересных штрихов и наблюдений, относящихся к биографии композитора и его связям со словацкой музыкальной жизнью. Лада СтанчеваБрашеванова (Болгария) познакомила участников конгресса с болгарской литературой о Бетховене.

С рефератами выступили и авторы настоящей статьи. Л. Гинзбург посвятил свое выступление историческому обзору исполнения квартетов Бетховена в России и в СССР. Он говорил о рано возникшем интересе к этим творениям в нашей стране, о том, что русские музыканты

1 К бетховенскому юбилею вышла книга 3. Лиссы: Zofla LIssa. Polonica Beethovenowska. Krakow, 1970.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание