Выпуск № 8 (357) | 1968 - страница 34

Татьяна — Т. Милашкина

взлетают вихри скрипок и яркие сверкающие «брызги» труб. Нечто подобное, но в больших размерах происходит в сцене ларинского бала...

Но тут пришла пора заговорить о постановщике и исполнителях. Сцена ларинского бала поставлена Покровским блистательно. Ее решение рельефно оттеняет музыкальную драматургию, подчеркивая наиболее напряженные моменты развития конфликта. Например, начало ссоры Ленского и Онегина. Только что стремительно пронеслась мазурка; Ростропович делает к ее концу огромное нарастание и внезапно резко обрывает звучность, переходя на piano (начало е-moll'ного раздела). Трудно выразить словами то состояние гнетущего ожидания, которое слышится в этом piano.

И так же резко Покровский меняет освещение, прикрывая темнотой весь первый план. Мгновенно рассеивается толпа, в опустевшей комнате встречаются двое — Онегин и Ленский. Два узких луча выхватывают из полумрака их лица. На сцене происходит своего рода внезапная модуляция. И чтобы еще более усилить контраст, режиссер вводит в действие полифонию; в глубине сцены, залитой ярким светом, видны медленно танцующие пары.

Эпизод объяснения Онегина и Ленского постановщик выписывает буквально графически. Он как бы делит сцену на две половины: на одной — Ленский, на другой — Онегин, а между ними словно символический барьер. Столкнув героев у этого барьера в начале ссоры, Покровский затем отводит в сторону Ленского, подчеркивая тем самым его нежелание примириться. Онегин, решившись «объяснить свои поступки» другу, следует за ним, но, получив категорический ответ, вынужден отступить на свою половину. И в заключение (после вызова на дуэль) герои вновь сталкиваются на середине сцены. Но если в первый раз они сошлись здесь еще друзьями, то теперь — это уже враги. Такая динамизированная репризность в построении мизансцены придает развитию стройность, законченность формы и ярко выявляет драматургию.

Но самое важное достоинство постановки ларинского бала Покровским заключается в другом. Режиссеру удалось передать исторически и психологически верную картину русской жизни того времени, определенного слоя общества, передать такой, какой мы теперь ее себе представляем. Глядя на наивных, смешливых, но в то же время старающихся «соблюсти» правила света барышень, окруживших Трике; на мамашу, придирчиво оглядывающую своих двух дочерей, может быть впервые вывезенных сегодня на показ женихам; на все это общество, с достоинством, с чувством рассуждающее «о псарне, о вине, о сенокосе, о родне», лучше понимаешь причины, породившие те или иные поступки героев, их характеры. Благодаря этому главные персонажи не просто выражают те или иные чувства и переживания, но несут на себе отпечаток жизненно правдивых обстоятельств. Постановщик нашел очень верные «интонации» поведения каждого актера и представил не просто массовую сцену, а дал в ней массу типических характеров той эпохи.

В новой постановке «Евгения Онегина» занято в основном два состава солистов.

В роли Татьяны выступили Г. Вишневская и Т. Милашкина ¹. Каждая из исполнительниц понимает образ по-своему и находит соответствующие тому средства художественного воплощения. Вишневская больше дифференцирует эмоции и чувства своей героини, Милашкина пользуется обобщенными, крупными штрихами. Например, фразу «Как недогадлива ты, няня!» — Вишневская произносит, немного замедляя первую ее половину, отчего возникает некоторый оттенок досады, как у обиженного ребенка. Милашкина пропевает ту же фразу на одном

_________

¹ К сожалению, мне не удалось услышать третью исполнительницу — М. Касрашвили.

дыхании, находясь еще в том эмоциональном состоянии, в каком писала письмо.

С самого начала Вишневская подчеркивает, что ее героиня «в семье своей родной казалась девочкой чужой». Отсюда ее внешняя замкнутость. Тем сильнее пылкость (порой даже чрезмерная) ее признаний в письме к Онегину. На петербургском балу Татьяна — Вишневская держится спокойно, с достоинством, но чувствуется, как дорого дается ей это спокойствие, как много она перестрадала. Яркие интонации находит певица в заключительной сцене, выражая взволнованность, смятенность героини.

В облике Татьяны — Милашкиной есть обаятельная простота, которая так хорошо гармонирует с сельским пейзажем. Ее поведение просто, естественно, а красивый голос певицы волнующего, теплого тембра позволяет уже с помощью богатства тембровых красок передать разнообразие переживаний героини. Особенно ярко проявляется это в сцене письма. Чувство к Онегину у героини Милашкиной — восторженно и вместе с тем очень целомудренно, по-детски доверчиво.

Разительна перемена, происходящая с ней в последнем акте. Исчезли робость, застенчивость, осталась простота, но в этой простоте — величие, притягательное благородство. В заключительной сцене Татьяна — Милашкина всеми силами старается скрыть «души ужасное волненье». Тем более впечатляет ее признание: «Я вас люблю», вырывающееся наперекор ее самому сильному чувству — чувству долга.

Кстати, последняя сцена поставлена несколько необычно: Татьяна и Онегин почти весь разговор ведут, сидя в креслах. Поначалу это выглядит непривычно, но в таком решении есть своя правда, далекая от обычной оперной условности.

Партия Ленского поручена в новой постановке А. Масленникову и Д. Королеву. Интерпретация этого образа Масленниковым значительно отличается от традиционной трактовки. Его Ленский более жизнен, преисполнен радостью бытия. Он не чувствует своей обреченности, как это было свойственно многим Ленским, а, наоборот, весь тянется к жизни. Потому его гибель особенно трагична.

В исполнении Масленникова есть захватывающая эмоциональная сила. Его реплики пылки, движения стремительны. Он настолько искренен в своих переживаниях, что, зная наперед, чем кончится ссора друзей, тем не менее невольно вздрагиваешь, когда в наступившей тишине раздается натянутый, как струна, голос Ленского — Масленникова: «Я требую, чтоб господин Онегин мне объяснил свои поступки!..» Это — первая кульминация сцены ссоры.

Вторая — ариозо «В вашем доме». Масленников исполняет его на затаеннейшем pianissimo, с каким-то непередаваемо горестным чувством, особенно когда певец с болью произносит: «Я изведал, что жизнь — не роман»...

Неверность друга ранит Ленского — Масленникова больше, чем сознание, что «дева... душою... словно демон коварна и зла». Исполнитель как бы очищает облик юного поэта от излишней романтической сентиментальности.

В предсмертной арии Ленский — Масленников не просто оплакивает «златые дни», он погружен в глубокое раздумье о жизни. В этой арии Ростропович достигает идеального ансамбля с певцом. Голос естественно вплетается в развитие оркестровой ткани, и мы слышим не арию под аккомпанемент оркестра, а воспринимаем музыку в целостном звучании всех ее компонентов.

Другой исполнитель Ленского — Д. Королев более лиричен и менее горяч, хотя тоже очень искренен в своих переживаниях. Уже первую фразу: «Прелестно здесь...» — певец окрашивает светлой задушевностью, мечтательностью. Но если восторженность героя Масленникова исходит от его какого-то невольного удивления красотой

Татьяна — Г. Вишневская

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Татьяна — Т. Милашкина

Татьяна — Г. Вишневская

Содержание