Как же начиналась музыка в жизни? Это были песни, но отнюдь не только песни людей. Очень наивно предполагать, что обезъяноподобное существо вдруг начало петь, хотя общеизвестно, что оно пело раньше, чем говорило. Вообще все пронизано музыкой. Докажу это на примере. Когда человеку больно, он стонет, и стонет иногда весьма музыкально. Когда человек гневается, он рычит, и тоже иногда весьма музыкально. А шелест листьев, пение ветра, шум воды, а птичьи мелодии? Да, настоящая музыка — явление магическое и таинственное. Я не боюсь этих слов.
Магия — горные кличи, которыми приветствовали друг друга древние племена, обитавшие в скалах. Магия — широкая, раздольная степная музыка. Наконец магия — профессиональное творчество.
...И тут я скажу о Бахе. Мы теперь воспринимаем баховскую музыку как народную и даже думаем иногда, что бог в ней «не ночевал».
Это неправда — «ночевал». Бах писал свои сочинения как ритуальные, и никуда от этого не денешься. Но суть, конечно, не в боге. Не всякий ритуал обязательно связан с ним. В первые годы революции высшее впечатление производили на меня «Интернационал» или «Смело, товарищи, в ногу». Они объединяли сердца людей. Это музыка высокого революционного ритуала. Почему наши песни во время войны так удивительно покоряли людей? Почему бойцы клялись ими? Почему Соловьева-Седого «растащили по нотам», пели в домах и окопах, он был нужен необыкновенно? Почему Седьмую симфонию Шостаковича слушали со слезами? Потому что во всем этом была магия эпохи! И я утверждаю: когда под вывеской массовой эстрадной песни на нас наступает салонно-бульварная чушь, то нам необходимо вспомнить лучшие традиции нашего революционного ритуального искусства и объявить прямую борьбу этой бульварщине! Причем настоящую борьбу, а не мнимую, как иногда бывало в прошлом, когда называли формалистами как раз тех композиторов, которые ими не являлись.
Такой «формалист», как Прокофьев, написал «Вставайте, люди русские», а «суперформалист» Шостакович — я от души его приветствую сейчас — создал произведения, ставшие мировой музыкальной классикой XX века. Дело, оказывается, не в том, какова форма искусства, а в том, чтобы эта форма была нужна человеку чести, совести и партийного духа, а не человеку спекулятивной пошлости и сомнительной виртуозности.
Настала пора для нового общения художника с аудиторией. Близится 100-летие со дня рождения В. И. Ленина. Нельзя, чтобы в торжественных концертах на сцене стоял хор, а в зале сидели люди. Большинство, конечно, будет слушать, но разве этого достаточно? Все должно быть иначе. Должна прозвучать клятвенная музыка, в исполнении которой участвовали бы и слушатели. Пусть будут простые слова: «Клянемся именем Ленина», но пусть будет настоящий «соборный хор», масса, ораториальность, мистерия...
А какие перспективы у кинооперы?
Мне всегда казалось, что в прошлом веке крупные композиторы вынуждены были отдавать свои сочинения в театр, а по сути-то они писали для широкоформатного кинематографа — например, сцена «Под Кромами» у Мусоргского.
У нас есть замечательные достижения этого жанра — «Хованщина», «Борис Годунов», «Евгений Онегин», «Леди Макбет», «Моцарт и Сальери». Развивайте этот жанр, товарищи!
И последнее. Я считаю, что именно Союз композиторов должен создать высокоавторитетную комиссию по музыке в кино. Не государственное учреждение, не комитет, не министерство (потому что это сразу приобрело бы другой характер), а именно творческую комиссию, в которой и кинематографисты приняли бы самое горячее, деятельное участие.
А. Нестеров
Горький
На Волге сложились целые композиторские школы
Приходится порой слышать, будто выражение в музыке национального — уже пережиток прошлого. Будто оно ограничивает художника, сковывает его. Будто наше время выдвигает иную проблему: освобождение от национального, продиктованную якобы тенденцией XX века к сближению различных культур и их взаимопроникновению. Еще хуже, что подобная точка зрения иногда сказывается и на практике. Правда, наши творческие позиции в целом
она поколебать не может, и убедительное доказательство этому — программа вчерашнего концерта 1. Мы услышали произведения композиторов разных поколений и разных творческих индивидуальностей. Но всех их объединяло одно — национальная основа. Я подчеркиваю: основа. Каждый из пяти авторов при этом удивительно своеобразен. Лирическая эпичность прокофьевской «Здравицы»; глубина чувств, философская мудрость и человечность Второго скрипичного концерта Д. Шостаковича; сдержанная строгость, богатырская мощь, душевная непосредственность — три черты русского характера, запечатленные в «Триптихе» Г. Свиридова; яркие бытовые картины наших дней, нарисованные во Втором фортепианном концерте Р. Щедрина; наконец, широкий размах, открытая эмоциональность Concerto grosso А. Эшпая.
Пять авторов, пять почерков, и одного автора с другим не спутаешь, и все они — представители России: четыре русских и один сын народа мари. О последнем скажу особо.
Недавно я был на пленуме в Йошкар-Оле. Он обрадовал появлением группы талантливых молодых композиторов, хотя они еще учатся в Центральной школе-интернате и музыкальном училище. И можно со всей уверенностью сказать, что молодежи показывает пример Андрей Эшпай. Не связанный территориально со своей родной республикой, он сердцем, а значит и творчеством верен марийской культуре. И хотелось бы, чтобы Эшпай сохранил эту верность навсегда...
Большую работу по выявлению и воспитанию молодых марийских авторов ведет воспитанник Горьковской консерватории Поль Двойрин.
В марте 1965 года в Горьком состоялся выездной секретариат СК РСФСР, посвященный творчеству композиторов Поволжья. Одним из отрадных обстоятельств этого форума явилось то, что все присутствовавшие с удовлетворением отметили огромный рост музыкального творчества нашего Поволжья. И констатировали, что на Волге сложились крепкие национальные композиторские школы, именно школы.
Нас поддерживает и искренне радует то большое внимание, которое проявляют к росту музыкального творчества, музыкальной культуры партийные и советские руководители республик и областей.
Н. Чаплыгин
Москва
Массовое вещание не терпит шаблона
Поскольку радио и телевидение здесь довольно часто поминали, позвольте мне в краткой форме рассказать о деятельности этих организаций. Исторический этап в жизни советского народа — 50-летие Великого Октября — определяло ее в последние два-три года.
В огромном потоке ежедневных программ в центре внимания были лучшие произведения наших авторов. Назову циклы «Летопись советского музыкального искусства», «50 лет советской музыки», «Советская симфоническая музыка», «Советский романс», «Произведения молодых композиторов», «50 твоих песен» и многие другие.
На телевидении состоялись постановки по произведениям Ю. Шапорина, С. Прокофьева, Д. Кабалевского, А. Флярковского, передачи «Трибуна композиторов», «Шедевры советской музыки», концерты.
В предъюбилейный период была проделана большая и кропотливая работа по восстановлению в фонде вещания записей многих советских произведений. Как самые значительные из них можно упомянуть записи более 150 песен, вошедших в «Антологию советской песни», оперы А. Давиденко и Б. Шехтера «1905 год», новой редакции оратории М. Коваля «Емельян Пугачев», оперетты Г. Свиридова «Огоньки», кантаты Д. Шостаковича «Отчизна», написанной в годы Великой Отечественной войны. Заканчивается работа над записью «Песни о лесах» и «На поле Куликовом».
Фестивали, смотры, пленумы, конкурсы, декады, концерты юбилейного года — все это оперативно и всесторонне освещалось в музыкальных репортажах «Маяка», в радиовыпусках «Музыка за неделю», трансляциях, обозрениях и других программах Всесоюзного радио и Центрального телевидения. Большое место заняли ставшие уже традиционными радиофестивали союзных республик, в том числе и Российской Федерации.
Самое деятельное участие приняло радио и телевидение в отражении юбилейного пле-
_________
1 Оратор имеет в виду концерт, состоявшийся 14 мая сего года в Большом зале консерватории. — Ред.
-
Содержание
-
Увеличить
-
Как книга
-
Как текст
-
Сетка
Содержание
- Содержание 3
- Оружие в идеологической борьбе 4
- Музыка России сегодня 10
- Алма-Атинские заметки 38
- Рабочий смотр армянской музыки 45
- «Кантелетар» 48
- Оживает старинная поэзия 51
- Проверено временем 53
- Маленьким слушателям 54
- Две эстрады 55
- Проблемы Казанского оперного 57
- На сцене герои Коцюбинского 63
- Рождение прекрасного 66
- Художник и театр 70
- Истинно классическое искусство 78
- Как ставилась «Царская невеста» 82
- Идет работа над «Кармен» 89
- С юностью — на новом языке 97
- Продолжение традиции 105
- Поют мальчики 107
- Наш прямой долг 113
- Хоровые впечатления 118
- Заметки на полях программ 119
- Новые и не новые имена 122
- По линии наибольшего сопротивления 123
- На вечерах в Доме композиторов 124
- Давид Непобедимый и армянская музыка 130
- Щедрость высокой творческой мысли 137
- За научную объективность и принципиальность 143
- Хроника 148
