Выпуск № 12 (337) | 1966 - страница 29

одну сферу музыкальных интонаций к другой» ¹. Добровольский ставил задачу не столько сохранить неприкосновенным народный напев, сколько создать на его материале городские песни, предназначенные для широкого музицирования. Избранные народные напевы он гармонизовал в духе своего времени, опираясь на общеевропейские нормы ладогармоническго мышления. При этом Добровольский часто прибегает к унисонному изложению или простейшей фортепианной фактуре, тщательно сохраняет ритмическое своеобразие мелодики, народные лады, кадансирование на различных ступенях лада. В песнях Добровольского мы видим своеобразное использование органного пункта, элементы подголосочной полифонии, разнообразную мелизматику, полиритмию.

Добровольский помещал в различных номерах журнала также и инструментальные произведения для домашнего музицирования. Н. Леонтьев, член Петровского общества, занимавшийся исследованием астраханского края, писал: «Трехлетнее существование "Азиатского музыкального журнала" может служить доказательством того, что он в свое время удовлетворял вкусам и потребностям тогдашней русской публики, а внешний вид оставшихся восьми номеров... указывает на то, что наши бабушки и дедушки частенько-таки играли на фортепиано или на "полной музыке" те пьесы, которые входили в состав нашего Астраханского музыкального издания» ².

Если предшествующие «Азиатскому музыкальному журналу» Добровольского сборники В. Трутовского, Н. Львова, И. Прача, К. Данилова, как последующе за ним сборники И. Рупина, Д. Кашина, А. Варламова и А. Гурилева, отражали песенное творчество русского народа, то именно Добровольскому принадлежит первый опыт собирания песен различных народов нашей родины. Он оказался пионером в осуществлении первого периодического музыкального издания в России. Но этим не исчерпывается историческое значение «Азиатского музыкального журнала», публиковавшегося в далекой Астрахани учителем гимназии. Это издание явилось первым образцом русской нотной литографии. Важно отметить, что Добровольский сам сконструировал литографский станок и, используя местные материалы для литографского камня, организовал оригинальную камнепечатню.

В «Русском инвалиде», выпускавшемся в Петербурге (см. № 73 от 31 марта 1817 года), было отмечено новаторство Добровольского: «Почтенный издатель, не нашедший, по-видимому, в Астрахани резщика по меди, вздумал воспользоваться новоизобретенным способом печатания с камня. Следуя одним только описаниям (разрядка моя. — Н. Л.) — может быть, весьма недостаточным, — начал он печатать ноты помянутым способом, и хотя первые листы его журнала и показывают те препятствия, кои подлежало ему преодолеть, но с тех пор работа идет весьма упешно и достигает ежедневно большого совершенства».

Автор заметки объясняет обращение Добровольского к литографии отсутствием в Астрахани резчика по меди. Видимо, не только это явилось причиной возникновения в Астрахани камнепечатни. Нам думается, что Добровольский, знакомясь с образцами литографии и следя за сообщениями, касающимися нового способа печатания, правильно оценил его преимущества и незамедлительно взялся за осуществление этого способа печати у себя в типографии.

В связи с сообщением в «Русском инвалиде» возникает и второй вопрос: каким же описаниям следовал Добровольский, приступая к конструкции литографского станка? А. Коростин, автор книги «Начало литографии в России», предполагает возможное знакомство Добровольского со статьями В. Севергина и Г. Гамеля по вопросам литографии¹.

Мы не исключаем и другую возможность ознакомления Добровольского с литографским способом печатания. Литография, возникнув в Германии (1803) получила распространение и во Франции. Она широко применялась, в частности, французскими военными штабами. После войны 1812 года в Астрахани находилась большая группа пленных офицеров и солдат наполеоновской армии. Быть может, кто-нибудь из них владел секретом камнепечатания. Тем не менее установленным является тот факт, что Добровольский, следуя только описаниям, изготовил литографский станок.

Совет Казанского университета, которому подчинялась Астраханская гимназия, правильно оценил журнал Добровольского и его камнепечатню. В Петербург в Министерство просвещения 14 июня 1817 года было направлено письмо из Казанского университета, где говорилось: «Сие изобретение (то есть камнепечатня. — Н. Л.) в здешних странах может принести, когда оно будет употреблено, немалую пользу» ². Имелось в виду, что при помощи этого

_________

¹ Б. В. Асафьев (Игорь Глебов). «Русская музыка от начала XIX столетия». М. — Л., «Academia», 1930, стр. 56.

² Астраханский государственный архив, ф. 2586, ед. хр. 30.

_________

¹ Севергин Василий Михайлович (1763–1827) — академик-минералог; Гамель Иосиф (1778–1862) — академик-химик. Первое сообщение в России по вопросу литографии было сделано Севергиным 23 февраля 1803 года на конференции Академии наук. В 1803 году резюме доклада было опубликовано в «Санкт-Петербургских ведомостях». Не исключено, что Добровольский был знаком с этим резюме.

² Госудаственный архив ТАССР, ф. 977, ед. хр. 673, св. 21, стр. 27.

способа печати можно было оттиснуть редкие восточные монеты, древние надписи, «пробы письма различных народов».

Совет Казанского университета приложил немало усилий для распространения журнала Добровольского. В двенадцать городов были отправлены письма с обращением к директорам училищ провести подписку на это издание.

«Азиатский музыкальный журнал» высылался в Казань, Петербург, Москву, Вятку, Пензу и другие города. Из Томска директор губернского училища Мензиховский пишет в Казань: «Вкус в здешнем городе младенчествует, и охотников до музыки нет никаких». Тем не менее, несмотря на скромный бюджет училища, он просит выслать второй экземпляр журнала.

Весьма любопытно и письмо директора Пензенского училища: «Сколь ни желательна и необходима музыка для нравственного образования, но, к сожалению, в Отечестве нашем эта важная часть оного в гимназиях и уездных училищах по штату не положена, и потому она многими развращенно понимается не благородным, но рабским упражнением. В таких жалких обстоятельствах музыкальный журнал г. учителя Добровольского не принесет никакой пользы ученикам гимназии и останется без всякого употребления. Но (способствуя. — Н. Л.) доброму намерению г. издателя и благословенно к трудам его высшего начальства посылаю при сем за один экземпляр журнала для гимназической библиотеки двадцать руб.» ¹.

Изданием Добровольского заинтересовался Д. Бортнянский и обратился к нему с просьбой отпечатать несколько произведений. Сохранился говорящий об этом рапорт Добровольского Храповицкому:

«Я имел честь донести через вас начальству, что печатание на камне надписей я улучшил, в удовлетворении чего при сем прилагаю вновь отпечатанные мною Духовные ноты на камне для пробы, кои напечатал я по велению Его превосходительства г-на Директора вокальной музыки, действительного статского советника Дмитрия Степановича Бортнянского, к которому оные и доставил июня 27 дня 1817 года.

Учитель музыки Иван Добровольский» ².

Итак, несмотря на значительные трудности, журнал Добровольского распространялся по России. В то же время его издатель терпел лишения и невзгоды, постепенно разорялся. Храповицкий обратился в Совет Казанского университета с письмом, которое проливает свет на бескорыстное служение Добровольского русской культуре.

«...А как Совету известно, что г. учитель Добровольский не токмо за сие изобретение, но и за преподавание в гимназии музыки без всякого жалования заслуживает награды, то покорнейше прошу представить за таковые труды его к награждению бриллиантовым перстнем» ¹.

Около двух лет это ходатайство ходило по императорским канцеляриям. И, наконец, правительство всемилостиво пожаловало Добровольскому за изобретение «камнепечатни» единовременно 300 рублей и за семилетнюю безвозмездную службу в должности учителя музыки астраханской гимназии — жалование по 200 рублей в год. Департамент надеялся, что, «одаренный таковым вниманием начальства, он не оставит продолжать усердную свою судьбу» — печатание литографским способом, «которое может принести стране пользу». Это письмо департамента, датированное 4 сентября 1818 года, пришло с опозданием: 13 января 1818 года вышел последний номер журнала, и «камнепечатня» была закрыта, так как издание журнала требовало больших средств. К тому же все, что печаталось в журнале, было результатом поисков самого Добровольского. Других специалистов, способных помочь ему, в провинциальной Астрахани не было.

Добровольский делал попытку изобрести для оркестра роговой музыки новые трубы, которые имели валторновый тембр и в отличие от рогов издавали пять, шесть звуков. Но материал, из которого они изготовлялись, был непрочным. Добровольский делал их из... бумаги. Департамент признал, что «...трубы сии могут быть употреблены в роговой музыке... но притом имеют то неудобство, что при игре на них они от воздуха отсыревают, а потому и вторично тоже сохранять не могут» ². Другой материал Добровольский не имел возможности достать.

Видимо, желая поправить свое материальное положение, Добровольский с закрытием журнала начинает интенсивно работать в театре и снова выступать в концертах. В 1820 году вместе с актером Т. Тимофеевым он становится антрепренером астраханского театра. Об этом мы узнаем из обращения к губернатору с просьбой быть попечителем театра. «Добровольский совместно с актером Тимофеевым принимают подписку на годовые ложа и кресла». В таком же послании 1821 года читаем: «...г. Добровольский вызвался опять принять на себя содержание театра на том положении, какое было в прошлом году...» ³

_________

¹ Там же, стр. 9.

² Там же, стр. 29.

_________

¹ Там же, стр. 22.

² Там же, стр. 30.

³ Астраханский государственный архив, ф. 1, ед. хр. 4, № 399.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание