Театральная афиша

Башкирский театр оперы и балета показал премьеру оперы ленинградского композитора В. Успенского «Война с саламандрами» (либретто И. Таймановой, В. Успенского и Л. Квиникидзе по одноименному роману К. Чапека). Постановка И. Таймановой и Р. Валиуллина. Дирижер В. Руттер, художник В. Плекунов, балетмейстер Л. Бородулин. В спектакле участвуют М. Хисматуллин, Б. Кокурин, В. Краснов, М. Салигаскарова, С. Галимова, С. Русинов, X. Мазитов, М. Бриткова, Ю. Суханов, Б. Горик, О. Полянский и другие артисты.

Сцена из спектакля «Болеро»

Балеты «Болеро» и «Дафнис и Хлоя» на музыку М. Равеля увидели свет рампы в Киевском оперном театре. Балетмейстер-постановщик А. Шекеро (он же совместно с Л. Солошиной — автор либретто «Болеро»). «Дафнис и Хлоя» поставлены по либретто М. Фокина. Дирижирует балетами С. Турчак, художники Д. Лидер и А. Перепелица. В главных партиях выступают В. Круглов, В. Парсегов, Г. Баукин, В. Некрасов, В. Федотов (Дафнис), А. Гавриленко, И. Лукашова, Н. Руденко, Л. Шатилова (Хлоя), В. Калиновская, A. Лагода, Н. Уманова (Девушка в белом), М. Нозиков, B. Ковтун, Г. Баукин, В. Некрасов (Юноша), Р. Дубровская, В. Володько, Г. Орел, В. Котирло (Дама в черном).

«Вариации в стиле барокко». Танцуют Т. Сооне и Ю. Лассь

Вечер одноактных балетов поставила на сцене театра «Эстония» хореограф М. Мурдмаа. В триаду вошли «Чудесный мандарин» Б. Бартока, «Вариации в стиле барокко» на музыку Гайдна и балет-ревю Дж. Гершвина «Американец в Париже». Дирижирует Э. Клас, оформление М.-Л. Кюла. В спектакле принимают участие Ю. Лехисте, Т. Рандвийр, Я. Гаранцис, Г. Гороховников, А. Лейс, Ю. Лассь, Я. Пуусепп, Ю. Трууза, Я. Гангнус, А. Боме и другие.

«Американец в Париже». Американец — Я. Гаранцис, Парижанка — А. Лейс

«Дафнис и Хлоя». Хлоя — А. Гавриленко, Дафнис — Г. Баукин

«Война с саламандрами. Встреча капитана Ван-Тоха (Б. Горик) с туземцами

В 1925 году наше балетное исполнительство перешагнуло своеобразный Рубикон: Ленинградское хореографическое училище окончила Марина Семенова — первая в плеяде мастеров, определивших его облик.

Прославленная балерина, убежденная и активная хранительница классического танца А. Ваганова, воспитала из своей ученицы танцовщицу невиданной до этих пор виртуозности. Но может быть, самым главным было то, что блистательная техника сочеталась в ней не только с возвышенной одухотворенностью, но и с упоительной трогательностью. Это позволило ей исполнять Одетту — Одиллию, Баядерку, Жизель, Китри, Мирандолину, — сочетание партий довольно редкое.

Ее интерпретация образов Чайковского и Глазунова поражала какой-то горделивой строгостью, пристальным вниманием героинь к их избранникам. Певучая грация танца, волнующие переливы движений, завораживающая кантилена арабесок и pas de chat создавали особую атмосферу на спектаклях Семеновой. Но балерина обладала не только этим. Ей было доступно brio во всех его градусах и оттенках, она умела в танце быть покоряюще властной, как в Одиллии, жизнерадостно счастливой, как в первом акте «Жизели», по-детски восторженной, как в «Золушке». Пожалуй, мало кто из балерин огромной труппы Большого театра был настолько одарен чувством стиля. Изысканная пластика придворной актрисы французского двора жила в Диане Пуатье («Пламя Парижа»). Как-то особенно гордо повернув голову к Петру, шествовала ее Царица бала в первой паре ассамблеи («Медный всадник»). И вдруг... Мирандолина — разбитная, находчивая, черпающая десятки вариантов покорения Рипафратты в собственном озорном вдохновении... Или пушкинская Лиза в «Барышне-крестьянке», увлеченная своей идеей перевоплощения в Акулину. Правда, эта идея не спасала ее от приступов неудержимого смеха. И все это было выражено в сбивающихся шагах танца, в жеманных поворотах головы и артистической игре веером, прикрывающем дергающиеся в улыбке губы и плутовские глаза...

Трудно кратко рассказать даже о том главном, что внесла замечательная балерина в советскую хореографию.

Сегодня Марина Тимофеевна Семенова, недавно отметившая свое 60-летие, — балетмейстер-репетитор Большого театра. И, пожалуй, лучшим свидетельством ее преданности любимому искусству может служить хотя бы то, что ее имя значится на афише балета «Спартак» в постановке Ю. Григоровича — высшего взлета нашей хореографии годов шестидесятых.

М. Семенова — Жизель

Москва бережно хранит память о выдающемся деятеле русского классического балета Василии Дмитриевиче Тихомирове. На одном из домов по улице Неждановой висит мемориальная доска, извещающая о том, что здесь с 1928 по 1956 год (до конца своих дней) жил В. Тихомиров. А недавно издательство «Искусство» подготовило сборник о жизни и деятельности знаменитого танцовщика, приуроченный к 75-летию со дня начала его творческого пути. Книга включает неопубликованные высказывания В. Тихомирова о русском балете, воспоминания первого наркома здравоохранения Н. Семашко, художника Н. Курилко, письмо К. Станиславского — почетного председателя Комиссии по организации 30-летнего юбилея сценической деятельности Тихомирова и другие интересные документы. В сборнике помещены также воспоминания ряда прославленных артистов, друзей и учеников Василия Дмитриевича — среди них Е. Гельцер, В. Кригер, Т. Устинова, О. Лепешинская, А. Мессерер, М. Габович. Все материалы сборника (кроме принадлежащих Е. Гельцер и В. Кригер) публикуются впервые. Они ярко повествуют о полувековой плодотворной и многогранной жизни в искусстве Василия Дмитриевича Тихомирова, вписавшего славные страницы в историю отечественной хореографии.

Е. К.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка