8 ноября 2024 года в Рахманиновском зале Московской консерватории после долгого забвения вновь прозвучало сочинение Эдисона Денисова «Голубая тетрадь». В исполнении согласился поучаствовать друг композитора Вениамин Смехов. Присутствие легендарного актера было волнительно для каждого из артистов ансамбля «Студия новой музыки» — все старались не подавать виду, но чувствовалось, что атмосфера репетиций гораздо более приподнятая, чем обычно. Вениамин Борисович пришел к нам в образе умудренного старца: внимательно наблюдал за происходящим, слушал указания дирижера, иногда что-то тихо комментировал, и из его слов было понятно, что он знает какую-то «другую» сторону советской музыки 1970–1980-х годов, о которой не часто говорят, разбирая творчество композиторов того периода. К сожалению, во время репетиций и записи диска нам так и не удалось пообщаться, но мы условились созвониться позже. После первого большого разговора стало окончательно понятно, что необходима еще одна беседа, но уже под запись, чтобы дать возможность читателям познакомиться с малоизвестными страницами музыкальной и театральной истории.

— Вениамин Борисович, я необыкновенно благодарна, что вы согласились повто­рить опыт 1985 года и вновь выступить в роли чтеца в «Голубой тетради». О создании профессиональной записи этого произведения и публикации партитуры я грезила с 2023 года, когда исполнила его впервые в Швейцарии, и очень досадовала, что в насыщенной событиями Москве «Голубая тетрадь» оказалась совершенно забыта. Мне было важно представить ее именно в России, но я и подумать не могла, что удастся осуществить этот проект с вами! Эдисон Денисов — ключевая фигура нашего разговора, поэтому я бы хотела начать с него. Расскажите, пожалуйста, как вы познакомились.

— Это было в Театре на Таганке. Юрия Любимова с Эдисоном Денисовым, как я понимаю, познакомил главный, старший друг Таганки Дмитрий Шостакович. После знакомства Денисов стал приходить в театр смотреть спектакли — «Доброго человека из Сезуана» (1964), «Десять дней, которые потрясли мир» (1965), «Антимиры» (1965). Это самое начало «золотого века» Таганки ¹, который я исчисляю сроком от 1964-го до 1980-го — года смерти Владимира Высоцкого. Четвертым в этот самый «золотой век» вошел спектакль «Послушайте!» (1967) по Маяковскому, уже с музыкой Денисова. И музыка очень способствовала его успеху.

— Что это был за спектакль?

— Спектакль памяти Владимира Маяковского — о поэзии, о судьбе и о гибели его. Это один из самых сильных режиссерских спектаклей Юрия Любимова, а я был автором сценария по его просьбе. Нас было пятеро актеров, играющих разные грани личности Маяковского, в том числе Борис Хмельницкий, Валерий Золотухин и Владимир Высоцкий. У нас в руках были кубики — 32 кубика русского алфавита, на которые можно было встать, которые можно было даже бросить и поймать, и на них строились какие-то эпи­зоды. Например, в эпизоде «Зима, печь» на сцене вертикально было составлено слово «ПЕЧЬ» (см. илл. 1), и к нему примыкали двойные сидения по два кубика — на них сидели три или четыре Маяковских, а пятый — это был я — сопровождал происходящее стихами. Помимо кубиков, на заднике висел огромный Щен — очень симпатичная собака, которая была у Маяковского и Лили Брик. Есть даже знаменитый рисунок Маяковского, на основе которого и сделали декорацию. И этот Щен умел иногда реагировать, например, открывать рот и издавать какой-то будто львиный рык. По-моему, движениями глаз тоже можно было управлять из-за кулис. В этом детском дизайне и происходило соединение стихов и мизансцен. Любимов включал в игру все, что б