Одной из важных составляющих композиторского творчества для Шумана являлся обмен идеями с музыкой предшественников. Главной «контролирующей инстанцией» для композитора неизменно был Бах; вторым по значению собеседником выступал Моцарт. Некоторые не отмечавшиеся ранее результаты творческих дискуссий с ними рассматриваются на материале четырех произведений: пьесы «Проклятое место» (цикл «Лесные сцены»), дуэта «Ночью» (№ 4 из цикла «Spanisches Liederspiel» ор. 74), соло тенора «Ewiger Wonnebrand» (№ 2 из третьего раздела «Сцен из „Фауста“ Гёте») и пьесы «Отзвуки театра» из «Альбома для юношества». Предложены гипотезы о трактовке простой трехчастной формы «Проклятого места» (А — свободная часть — А), о структуре дуэта «Ночью» как канона с расстоянием вступления в 38 тактов, о синтезе в теноровом соло черт барочной двухчастной и «романтической» трехчастной форм, а также о «пересказе» в «Отзвуках театра» экспозиции первой части Симфонии соль минор K 550 и «Lacrimosa» из Реквиема Моцарта. Развитие выдвинутой А. И. Климовицким идеи пересказа позволяет уточнить характерные признаки данного типа соотнесения создаваемого текста с текстами композиторов прошлого, выступающими в качестве ориентиров. В заключительном разделе статьи затронут, в частности, вопрос о том, что во время поездки в Россию в 1844 году Шуман мог впервые услышать имя Пушкина — вероятно, из уст Михаила Виельгорского, одного из заинтересованных петербургских собеседников Роберта и Клары Шуман.