Новизна не состояние, но усилие — усилие, следующее за откровением,
во имя которого традиционные формы отбрасываются как ненужные
или подлежат радикальному пересмотру.
Гарольд Розенберг (1960) [59, 28]

Хотя я принадлежу к числу поклонников традиции, я в то же время являюсь
почти ортодоксальным приверженцем неортодоксальности.
Я утверждаю, что ортодоксальность равносильна смерти познания,
так как рост знания зависит исключительно от существования разногласий.
Карл Поппер (1976) [56, 559]

Российское и, шире, русскоязычное музыковедение по праву может рассматриваться как устойчивая стабильная система знаний, базирующаяся, с одной стороны, на преемственности, с другой — на постоянном обогащении исследовательского опыта и углуб­лении анализа как собственно музыкальной ткани произведений, так и многоуровневых эволюционных процессов музыкальной культуры. Однородность научного дискурса, его целостность и согласованность связана также с длительным периодом обособленного развития этой дисциплины в Советском Сою­зе, формированием автономной институцио­наль­ной структуры научного сообщества и аналитического аппарата, не совпадающего с применяемым в западноевропейской музыкологии.

Между тем в последнее время все чаще появляются труды, авторы которых отклоняются от магистральных путей и ищут спосо­бы модифицировать существующую музыко­вед­­ческую парадигму, расширить ее возмож­но­сти или же предлагают новые взгляды и под­ходы. Эти работы, нередко остающиеся на периферии внимания, представляют немалый интерес: в них высвечиваются вопросы, которые возникают в связи с обновляю­щейся практикой, предлагаются те или иные варианты их решения и, вероятно, содержатся шаги, предвосхищающие будущие прорывы к новому пониманию искусства звука. Во многих случаях речь идет о научном поиске, то есть об изложении гипотез или положений далеко не очевидных и пребывающих пока в периферийном поле нашей науки, поэтому за редкими исключениями мы можем судить лишь о направлениях этого поиска, предварительно очертив круг проблем, побуждающих к нему ученых и приводя в качестве иллюстраций ссылки на отдельные работы.

Материалом для исследования служат пуб­ли­кации, вышедшие на русском языке пос­ле 2000 го­да. Выбор даты определяется пе­ре­­­менами в условиях существования оте­чест­вен­­ного музыковедения, кардинально от­ли­чающихся от обстоятельств, в которых раз­ви­валась эта наука в советский и постсоветский периоды ¹. Представлялось важным охватить достаточно широкий круг изданий (научные журналы, сборники статей, материалы конфе­ренций, монографии) и назвать авторов из раз­ных городов и даже стран. При этом не ставилась задача провести обзор и анализ российского музыковедения за последние двадцать пять лет. Критерием при выборе работ становилась позиция их авто­ров, чья неудовлетворенность ны­неш­ними рамками музыкальной науки и об­ще­принятыми методами исследования проявлялась в возражениях против тех или иных академических концепций, в критике сложившихся практик, категоризации феноменов, ранее не попадавших в фокус музыковедческих изысканий. Ученые обозначают проблему, опираясь каждый на свой круг материалов и достигая разных уровней обобщения. Часть из них предлагает обновить и дополнить существующую систему взглядов; иные намереваются расширить ее возможности путем привлечения ресурсов других дисциплин; в работах третьих мы видим разноуровневые сдвиги, обнаружи­ваю­щие принцип