(Продолжение изображения)

Изображение

В наших руках умелых
мира большое дело.
Пронести по всей вселенной мы должны
светлый день весны!

Не разойдутся, не разминутся
Наши пути крутые.
С каждою встречей радостней бьются
Наши сердца молодые.

Припев.

Кто от войны бережет край родимый,
Тот наш товарищ лучший.
Юность и счастье неразделимы,
Дружба и мир неразлучны.

Припев.

(Продолжение: Премии...)

«Королю холодно» — композитору В. Оякяэру.

«Сквозь метели» — композитору О. Гравитису.

«Горы пламенеют» — композит тору А. Тертеряну и либреттисту В. Шахназаряну.

БАЛЕТЫ

Первую премию жюри решило не присуждать.

II премия

«Асель» — композитору В. Власову и либреттистам Б. Халиулову и Н. Харитонову.

«Страна чудес» — композитору И. Шварцу и либреттисту Л. Якобсону.

«Альпийская баллада» — композитору Е. Глебову.

III премия

«Первая любовь» — композитору М. Зиву и либреттистам С. Сакве и К. Сакве.

«Гроза весной» — композитору А. Скултэ.

ОПЕРЕТТЫ

I премия

«Белая ночь» — композитору Т. Хренникову.

II премия

«Полярная звезда» — композитору В. Баснеру и либреттистам Е. Гальпериной и Ю. Анненкову.

«Конкурс красоты» — композитору А. Долуханяну, инструментовщику А. Рохлину, либреттисту Н. Доризо.

«Девушка с голубыми глазами» — композитору В. Мурадели.

«Мой безумный брат» — композитору Г. Цабадзе, инструментовщику М. Смузикову.

«Белая ночь» и «Мой безумный брат» — либреттисту Е. Шатуновскому.

III премия

«Легенда в музыке» — композитору Ю. Раудмяэ за музыку и либретто с либреттистами С. Ныммиком и Э. Ветемаа.

«На рассвете» — композитору О. Сандлеру, либреттисту Г. Плоткину.

«Одно слово твое» — композитору Т. Кулиеву.

(См. далее на стр. 157.)

В ГОСТЯХ У МУЗЫКАНТОВ

Ветеран радиовещания

Мы встретились с Константином Константиновичем Сеженским за его рабочим столом. Заведующий оперно-симфонической редакцией Всесоюзного радио — сторонник практического руководства, активный участник каждодневных «производственных процессов».

— Стаж работы на радио у меня действительно солидный, — говорит К. Сеженский, — если учесть, что я начинал свою деятельность еще в 1929 году. Пожалуй, могу считать себя ветераном...

— А как получилось, что Вы пришли на радио, Константин Константинович?

— О, это был довольно длительный путь. Начну издалека. Одним из самых сильных музыкальных впечатлений моего детства было исполнение Сергеем Сергеевичем Прокофьевым (двоюродным братом моей матери) Двенадцатого этюда Шопена, которое я услышал, когда мне было лет десять. Вскоре я стал заниматься на фортепиано, брал уроки у замечательной пианистки Е. Бекман-Щербины. Затем окончил музыкальный техникум имени Глазунова и поступил в 1929 году на историко-теоретическое отделение консерватории, одновременно начал работать на радио. Случилось так, что на первых порах я возглавлял ту же редакцию, что и сейчас (разумеется, тогда и в помине не было сегодняшнего административного деления на редакции — существовали так называемые бригады). Я поступил в бригаду камерной и симфонической музыки. В нее, как и теперь, входили оркестр, хор, дирижеры, исполнители. Среди них такие, как А. Орлов, Н. Голованов, А. Нежданова и другие знаменитости. Естественно, мне, студенту-первокурснику, «руководить» ими было трудновато.

В то время почти все концерты транслировались непосредственно из зала, где присутствовала публика. Механическая запись лишь зарождалась, все передачи шли в живом исполнении, а это значит, что мы, организаторы, находились в постоянном волнении: приедет или не приедет тот или иной артист, здоров он или болен? Главной нашей «эстрадой» был зал радиотеатра, находившийся на Центральном телеграфе. Из множества концертов того периода особенно запомнились цикл вечеров русской музыки — от Глинки до Прокофьева, «григовская» и «листовская» программы с участием Н. Голованова и А. Неждановой, Шестая симфония Чайковского, гениально проведенная уже тяжелобольным Й. Суком (его внесли в здание радиотеатра за несколько минут до начала трансляции). Великолепно прозвучали также «Ромео и Джульетта» Берлиоза под управлением одного из первых зарубежных гастролеров О. Фрида, Девятая симфония Бетховена у А. Орлова. Сохранились в памяти образы прекрасных артистов, с которыми приходилось встречаться и сотрудничать. В первую очередь это пианистка Е. Бекман-Щербина, многие годы своей артистической жизни отдавшая эфиру. Незаурядная память, изумительное музыкальное чутье позволяли исполнительнице с фантастической скоростью выучивать новые программы. Редкое качество, просто неоценимое при специфике нашей тогдашней деятельности! Очень сдружились мы также с А. Орловым — превосходным музыкантом, способным продирижировать с листа едва ли не любое произведение. С чувством глубокой радости вспоминаю выступления таких мастеров, как С. Фейнберг, К. Игумнов, Г. Нейгауз. Многие концерты сопровождались «вступительными словами», и лекторами не раз были С. Чемоданов, Г. Поляновский, А. Альшванг.

В 1932 году Сеженский ушел из Радиокомитета и довольно долго сотрудничал там лишь как автор. Тогда он написал большое число статей, сделал несколько докладов о советских композиторах Ю. Бирюкове, Г. Киркоре и других, всячески старался вызвать интерес к произведениям молодых. Так, первая работа о творчестве Т. Хренникова принадлежит перу Сеженского.

Затем десять лет — в Московской филармонии (одно время он был ее художественным руководителем). И наконец, в 1950 году снова радио, где Сеженский вот уже без малого восемнадцать лет возглавляет редакцию, ныне именуемую оперно-симфонической.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Изображение

В ГОСТЯХ У МУЗЫКАНТОВ

Ветеран радиовещания

Содержание