красная в своей бесконечной певучести тема струнных повторяется пять раз (с незначительным регистровым варьированием), и каждый раз ее конец одновременно есть начало. Неожиданно вторгающиеся яростные пассажи и судорожные рывки солирующего фортепиано не в состоянии нарушить неизменное спокойствие музыки. Логическая идея такого послесловия вполне ясна: жизнь гармонична и вечна, и все потрясения мира не могут поколебать ее непреходящую красоту.

Через призму этой мудрой созерцательности «переокрашиваются» впечатления от первых трех частей — их деятельная напряженность кажется теперь бессмысленной, некоторым низшим кругом развития, затянувшимся вступлением к самой «музыке». И тут ловишь себя на каком-то неприятном ощущении — логически понял и принял, а эмоционально не убежден. Если деятельная нервность первых трех частей всего лишь суета сует, то зачем так долго на ней останавливаться и давать ей эмоциональный перевес? Если же автор стремится избежать прямолинейного ответа и оставить проблему нерешенной во всей ее, условно говоря, трагической диалектике — а, по-видимому, именно этого он и хотел («перед лицом вечности превратности жизни лишь легкое колебание, но сами по себе они также причастны своим скрытым смыслом к этой вечности»), — то тогда не хватает в названных трех разделах цикла какой-то искорки финала, догадки об этой изначальной красоте жизни.

И все же надо быть благодарным автору за то, что он заразил нас своей беспокойной мыслью, а не преподнес нам очередную неоклассическую стилизацию (на что очень тянул избранный им состав).

С профессиональной стороны сочинение безукоризненно: оркестровка изобретательна и экономна, всем инструментам (а не только первым скрипкам и виолончелям) есть что поиграть, и притом симфония Шнапера — если не считать некоторых метроритмических каверз — не очень трудна для исполнения.

О. Сосновская

Первый опыт

Симфония Иосифа Андриасяна¹ не претендует на многозначительность. Автор по-другому решает свои взаимоотношения с «макромиром». Достоинства сочинения — в поэтичности, простоте, ясности замысла, обаятельной лирике. В нем чувствуется упоение красотой жизни, слышен голос юности, непосредственный, но не чуждый и серьезным нотам. Идея симфонии — в антитезе света и мрака, однако воплощает ее композитор не в традициях романтического симфонизма с его тезисом о несовместимости жизни реальной с поэзией возвышенных идеалов; в центральном «злом» эпизоде чувствуется позиция наблюдателя со стороны.

По структуре своей стройное, лаконичное, произведение Андриасяна приближается к жанру одночастной симфонической поэмы листовского типа, где сочетаются принципы четырехчастного цикла и сонатного allegro. Драматургия произведения зиждется на крупноконтрастных сопоставлениях. Каждая тема (а их три — главная, побочная и тема фуги) однозначна по настроению, а в процессе развития сущность их лишь конкретизируется и углубляется. В отличие от одномерного концентрированного развертывания, здесь преобладает рассредоточенность материала. Отсюда и длительное пребывание в одной эмоциональной сфере, и отсутствие тематических трансформаций. Очень хорошо, что в сочинении нет общих форм движения, этой почти обязательной «разменной монеты» крупных композиций.

В музыке можно отметить разнородные влияния, некоторую стилистическую пестроту. Это и «скрябинизированная» изысканная лирика, и шостаковические напористые crescendo, и насыщенные полифонические плетения «по-Мясковскому». Наконец, музыка доносит до нас еле уловимый аромат армянского колорита.

Ее характерная особенность — кантабильность, сохраняющаяся даже в кульминационных эпизодах, где преобладают терпкие кварто-секундовые последования.

Начальный раздел Allegro — экспозиция сонатной формы, выполняющая функцию первой части. Обе темы основаны на полифоническом развертывании с постепенным усложнением фактуры, обрастанием новыми голосами, нагнетанием эмоционального напряжения.

Образный контраст в экспозиции сосредоточен между сумеречно-суровой главной партией и нежно-хрупкой, светящейся побочной, которую

_________

¹ Иосиф Аршакович Андриасян родился в 1933 году в Москве. В 1958 году окончил музыкальное училище при МГК у Г. Фрида, а в 1963 — консерваторию по классу композиции Е. Голубева. Основные сочинения: Концерт для трубы, Фортепианное трио, Соната для скрипки и фортепиано и другие. Первая симфония написана в 1962 году, настоящее издание — третья авторская редакция.

И. Андриасян. Первая симфония для большого симфонического оркестра. Партитура. М., «Музыка», 1965.

вначале капризно и прихотливо играет флейта, а затем очень сердечно, со все большим воодушевлением поют струнные. Истаивающие в высоком регистре последние фразы экспозиции (как тут не вспомнить Шостаковича!) накладываются на tremolo струнных, в котором — одновременно умиротворенность и едва уловимая тревога.

Разработка Allegro — самостоятельный раздел, аналогичный второй части цикла (скерцо), — представляет собой фугу на новом материале. Напористая тема упрямо завоевывает диапазон от терции до уменьшенной октавы. Суровый, тревожный характер этого раздела усиливается благодаря минору с пониженными IV, V, VII ступенями, обилию хроматических интермедий. Весь фрагмент — единая динамическая волна, стремительный звуковой поток, который останавливает в кульминации вторжение главной темы. Здесь она приближается своим свободным асимметричным строением к характеру взволнованной человеческой речи. В кульминационном эпизоде сплетаются все три темы симфонии, предельно обнажая конфликт между страстной эмоциональностью экспозиционного материала и властной фугой.

Реприза — Lento — начинается с побочной партии, восстановившей полностью свой образный и структурный облик. Главная же, выполняющая на этот раз роль коды, поручена солирующему тромбону, со времен Берлиоза ассоциирующемуся с надгробной речью. Аналогично воспринимается и «фатальное» ostinato контрабасов.

Устойчивый Fis-dur уверенно прокладывает путь ликующему, торжественному финалу цикла, в гимническом апофеозе объединяющему главную и побочную темы симфонии.

К. Худабашян

Рукою опытного инструменталиста

Созданный в 1960 году квартет Г. Овунца — одно из первых зрелых произведений армянского автора. Исполненный комитасовцами на Всесоюзном смотре творчества молодых композиторов в Москве (1962), он получил диплом первой степени.

Партитура квартета написана рукой опытного инструменталиста (автор окончил консерваторию также и по классу скрипки), она удобна для исполнителей, а логичность и простота мышления, рельефность образов делают музыку легкой для восприятия слушателей.

В произведении ясно выражены черты, которые впоследствии стали определяющими для творчества Овунца, — сдержанность чувств, мягкий лиризм, обобщенное претворение национального, органическое использование современного ладового мышления.

Содержание квартета, его язык отражают тенденции, характерные для армянской камерной музыки последнего десятилетия, — тягу к раздумью, психологизации образов; в интонационном строе ощущаются связи с речевыми оборотами, музыкальное развитие нередко словно воспроизводит внутренний диалог или спор собеседников.

В квартете по-традиционному четыре части, но все они в какой-то степени отходят от классической нормы: первая часть и четвертая представляют собой в сокращенном виде сонатное allegro, вторая — наибольшая по объему, — скерцо — написана в форме рондо, третья, медленная, также носит черты рондообразности. Автор избегает больших разработочных эпизодов, а скорее пользуется сопоставлением и противопоставлением цельных образов и их полифоническим сплетением.

Трагические «восклицания» первых аккордов, неровная мелодическая линия речитативного склада, завершающаяся вопросительной интонацией, и нисходящий ход у виолончели — вот три основных интонационных зерна главной партии (они будут вместе или в отдельности появляться в каждой из частей).

В просветленном звучании ритмически гибкой, распевной побочной — как бы призыв отвлечься от тяжелых, горьких дум. Однако постепенно вкрапливающиеся интонации главной темы видоизменяют ее облик, привнося в музыку тревожный оттенок.

Беспечно «порхает» первая мелодия скерцо, спокойна в своем утверждении его вторая тема. Но и здесь где-то подспудно пробивается напряженность лейтмотива, диатоничные в основе интонации хроматизируются, возникают вопросительные обороты, яростные, «рвущиеся» аккорды.

Третья часть — маленькое adagio. Мягка пульсация аккомпанемента, а на его фоне вначале у виолончели, а затем в перекличке инструментов проходит нежный, плавный напев. Одинокий голос то выпевает свое печальное слово, то замирает, давая место орнаментального типа хроматизированной мелодии.

Короткие «рывки» аккордов возвещают о финале. Сокращенная интонация вопроса приобре-

_________

Г. Овунц. Квартет для двух скрипок, альта и виолончели. Партитура. М., «Советский композитор», 1967.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка