и как музыкант, и как человек. Особенно большое впечатление на меня лично производила его оценка сочинений коллег: неизменно доброжелательная и честная, без тени субъективизма, но вместе с тем всегда четко выявлявшая его собственное творческое кредо».

На открытии вечера, посвященного 100-летию со дня рождения Р. М. Глиэра

Много говорилось на вечере о его мудром уважении к традициям. Для Глиэра всю жизнь высшим авторитетом оставался его учитель — Сергей Иванович Танеев, причем это уважение к учителю он — словно по наследству! — передал своим ученикам.

Рейнгольд Морицевич глубоко размышлял над судьбами искусства. Не давая увлечь себя радостям сиюминутных находок, он вновь и вновь возвращался к волновавшим его творческим проблемам. Так, его серьезно занимала проблема строения крупного симфонического произведения, в частности финала: решение виделось в умелом сочетании принципа «целеустремленной» сонатности с принципом эпической вариационности-вариантности. Замечательным воплощением этой идеи явилась Третья симфония «Илья Муромец», где она последовательно проходит через все четыре части. Это, к сожалению, редко исполняемое сочинение недавно прозвучало в Большом зале консерватории. Большой симфонический оркестр Центрального телевидения и Всесоюзного радио под управлением Н. Рахлина выступил перед слушателями с монографической программой: в ней, наряду с «Ильей Муромцем», мы услышали симфоническую поэму «Запорожцы», а также прославленный Концерт для голоса с оркестром (солистка Е. Мирошниченко).

В заключение хотелось бы сказать несколько слов о посвященной Глиэру выставке в Музее музыкальной культуры имени Глинки. Посетителям предложили, с одной стороны, иллюстрации хорошо знакомых, близких и дорогих всем нам страниц творческой биографии композитора. В то же время не были забыты и сравнительно мало известные факты из жизни Рейнгольда Морицевича. Так, очень содержательным показался раздел экспозиции, посвященный первому периоду его жизни в Киеве.

В целом, подводя итоги всему увиденному и услышанному на торжественном заседании в Союзе композиторов, в концертных залах, в музее, можно с удовлетворением сказать, что наша общественность приняла близко к сердцу памятную дату 100-летия крупнейшего советского музыканта.

А. Кочетков

Конференции, семинары, встречи

В Государственном Центральном музее музыкальной культуры имени Глинки состоялось открытое научное заседание, посвященное 100-летию со дня рождения профессора Московской консерватории Михаила Владимировича Иванова-Борецкого. Заседание открыла директор музея Е. Алексеева.

Выступивший затем Л. Мазель обратил внимание собравшихся на то, что Иванов-Борецкий был музыкантом-ученым синтетического типа: композитором и теоретиком, историком и текстологом, исследователем и популяризатором, эстетиком и критиком, педагогом и организатором. Мазель подчеркнул, что «для музыковедческой Москвы 20–30-х годов деятельность Иванова-Борецкого имела такое же значение, какое для Ленинграда того же периода имела деятельность Асафьева».

Г. Ливанова поделилась воспоминаниями о своем учителе. Рассказывая о том, как Иванов-Борецкий читал в Московской консерватории курс по истории западноевропейской музыки до Баха включительно, Ливанова отметила: «Михаил Владимирович дал нам не только знание фактов — он привил нам любовь к предмету. Наш учитель обращал внимание и на его гуманитарную сторону, увлекался подлинными документами эпохи, цитировал их, он как бы оживлял эпоху».

Т. Федорова в своем выступлении подробно проанализировала статью Иванова-Борецкого о программной музыке, опубликованную в журнале «Музыкальный труженик» ¹.

В заключение студент V курса фортепианного факультета Московской консерватории Т. Бикис (класс Л. Власенко) и певица Г. Забродина исполнили сочинения Иванова-Борецкого: Прелюдии (ор. 18) и романсы «Нас с тобой связали грезы» op. 1 (стихи Сологуба), «Шепот, робкое дыханье» ор. 16, «Полно спать» ор. 26 (стихи Фета).

Н. Соколов

_________

¹ Программная музыка (очерк). «Музыкальный труженик», 1910, № 9, 14–15, 16–17, 18.

*

Теоретическая конференция «Творческий замысел и его воплощение», организованная Комиссией по музыковедению и музыкальной критике СК СССР, привлекла внимание музыкантов многих городов и республик нашей страны. Их выступления были посвящены различным аспектам поставленной на обсуждение проблемы. Касаясь разных ее сторон, Л. Данилевич в основном докладе опирался на творческую практику современных советских и зарубежных композиторов. Естественно, к ней обращались и другие ораторы. Так, Н. Шахназарова говорила о сопряжении исторической темы с темой современности в армянской и грузинской симфонической музыке, Т. Курышева — о роли приема стилизации в творчестве М. Зариня, А. Клотынь — о выразительных возможностях сонористики. Конкретный музыкальный анализ в этих сообщениях смыкался с эстетическим осмыслением проблематики.

К. Караев остановился на соотношении творческого замысла и его оформления на разных этапах развития этого сложного процесса; особый интерес вызвал опыт «самонаблюдения» автора, его рассказ о своей творческой и педагогической деятельности.

Были затронуты и собственно теоретические моменты рассматриваемой проблемы. Л. Мазель сформулировал важную для музыканта-аналитика мысль о своеобразном преломлении замысла композитора в сознании («замысел второго рода»). Вопросу взаимодействия слушательского восприятия и художественных задач творца посвятил свое выступление А. Сохор.

В заключительном слове секретарь Союза композиторов СССР Ю. Келдыш подвел некоторые итоги обсуждения, выразив удовлетворение его активностью и одновременно указав на дискуссионность и недостаточную разработанность ряда вопросов современного творчества, что несомненно сказалось в ходе конференции.

Д. Д.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

На открытии вечера, посвященного 100-летию со дня рождения Р. М. Глиэра

А. Кочетков

Конференции, семинары, встречи

Н. Соколов

*

Д. Д.

Содержание